Я почувствовал, как в душе поднимается волна холодной ярости — не на Айка, конечно, а на Суровцева, на ситуацию, на самого себя за то, что позволил так по-детски себя обыграть. Но сейчас для эмоций времени точно не было.

— Нет, — спокойно ответил я. — Подведи «2525» вплотную к «Афине». Расстояние между корпусами — не более километра. Хочу объединить энергетические поля.

Пападакис помолчал секунду, обдумывая приказ, затем кивнул:

— Понял. Выполняю. Но должен заметить, что даже с объединенными полями наши шансы против двенадцати «золотых»…

— Я в курсе, Айк, — перебил я его, не желая слышать очевидное. — Просто выполняй приказ.

— Есть, господин контр-адмирал, — Пападакис тяжело вздохнул и отключился.

Я повернулся обратно к главному экрану, где Суровцев наблюдал за этим коротким разговором с нескрываемым интересом:

— Мне тоже не нравится, когда мои подчиненные указывают на очевидное, — заметил он с легкой усмешкой. — Но в данном случае твой капитан абсолютно прав. Объединение энергетических полей даст вам лишь несколько дополнительных минут.

— Иногда нескольких минут достаточно для чуда, — ответил я, прекрасно осознавая, впрочем, что никакого чуда не предвидится. Наше положение было безнадежным, и Суровцев это прекрасно понимал.

— Что ж, — сказал Валериан, постукивая пальцами по подлокотнику своего кресла, — давай перейдем к делу, Шу… то есть Александр Иванович. Я не хочу тратить время на бессмысленные разговоры, хотя, признаться, мне доставляет определенное удовольствие видеть тебя в такой ситуации.

Его лицо стало жестче, улыбка исчезла:

— Ты, Ее Императорское Высочество великая княжна Таисия Константиновна и самозванец, которого вы именуете императором Иваном, объявлены первым министром Птолемеем Граусом врагами Империи. Мне поручено доставить вас в столицу для справедливого суда.

— Доставить или уничтожить? — спросил я напрямую. — Давай без дипломатии, Валериан. Кто-то из нас должен остаться в живых по приказу Грауса?

Легкая заминка и едва заметное движение глаз Суровцева в сторону Таисии выдали его с головой.

— Все зависит от вашего сопротивления, — ответил он после секундной паузы. — Если вы сдадитесь добровольно, я гарантирую сохранение жизни… всем, кто этого заслуживает.

— Достаточно честно, — кивнул я. — Только есть одна проблема. Император Иван не находится ни на «Афине», ни на «2525».

Это была откровенная ложь, но я должен был проверить реакцию своего оппонента. В его глазах мелькнуло секундное замешательство, затем — холодный расчет.

— Не лги мне, — его голос стал резче. — По моей информации мальчишка с вами.