Но радоваться было нечему. Пока мы занимались «Ростовом» и «Астраханью», основные силы эскадры Суровцева продолжали обстрел нашего объединенного энергополя. Корабль сотрясался от постоянных ударов, и с каждым залпом мощность нашей защиты падала всё стремительнее.

— Мощность энергополя — шестнадцать процентов, — доложил офицер систем. — Множественные отказы в узлах генерации. Полное обнуление через два залпа.

Я посмотрел на Таисию — ее лицо было бледным, но решительным. Она понимала, как и я, что наша участь предрешена. Да, мы уничтожили, либо заставили отступить всего четыре вражеских вымпела из двенадцати, но оставшиеся восемь во главе с флагманом Суровцева по-прежнему имели подавляющее преимущество. Как только наше энергополе будет уничтожено, мы окажемся беззащитными перед их орудиями.

— Еще один залп, Саша, — тихо сказала она. — А потом у нас останется лишь нимидийская броня. Сколько она продержится?

— При таком интенсивности огня со стороны противника у «Афины» минут десять, не больше, — ответил я. — «2525» — и того меньше. У Айка легкая крейсерская броня, она выдержит минут пять под таким шквалом.

— Что ж, десять минут — в наших обстоятельствах это немало, — она слабо улыбнулась. — Достаточно, чтобы достойно встретить конец.

На мостике искрило несколько панелей, от одной стены отвалился кусок обшивки. Воздух наполнился дымом и запахом горелого пластика.

— Мощность общего энергополя — семь процентов, господин контр-адмирал, — доложил офицер систем, перекрикивая шум аварийной сигнализации. — Остались лишь крошки…

Я мысленно попрощался с экипажем, с моими офицерами, с Таисией и с самой «Афиной». Мы сделали всё, что могли. Мы сражались храбро и нанесли противнику ощутимый урон. Но войны не выигрываются только храбростью — нужны ещё ресурсы и удача. А удача сегодня была на стороне Суровцева.

Очередной залп эскадры противника достиг нас буквально через полминуты. Корабль содрогнулся так сильно, что даже я не удержался на ногах и упал на колени. Таисия устояла, держась за поручень капитанского кресла, но её лицо исказилось от усилия. А это по нам прилетело всего лишь несколько зарядов, пробившихся к корпусу.

— Энергополе окончательно выведено из строя и обнулено! — закричал офицер систем. — Повторяю: энергополе уничтожено!

— Приказ «2525», — выкрикнул я, обращаясь к Жиле, — пусть стыкуются с нами и весь экипаж переходит на «Афину»… Если останутся на крейсере — сгорят заживо, а так во внутренних отсеках линкора у нас еще есть шанс…

Аристарх Петрович кивнул и отвернулся отдавать распоряжение. Через минуту мы ощутили легкую вибрацию от стыковки с крейсером Айка…