В квартире определенно кто-то был, то ли в поисках чего-то, что ещё не вынесли, то ли в попытке принести новое в дом, чтобы было чего выносить. Но уже другим людям.
Эльвира Гавриловна нервно поджала тонкие губы, приложив ухо к двери. Раньше она поступала так, прежде чем войти в класс. Профдеформация, если по-умному. Учительница, если по профессии. «Педагог» — уверяло общество. А надпись в дипломе уточняла, что «учительница младших классов».
Делала Эльвира так для того, чтобы по голосу вычислить самого невоспитанного ученика и непременно наказать. А остальные станут посговорчивее. С ними уже можно работать.
Работать учительницей младших классов ей нравилось в былые годы. Но особенно нравилось это самое «наказать». Правда, платили мало. Пришлось сменить профессию. Но зарплата была второстепенным фактором. Основным послужил тот, что зловредные детишки никак не могли правильно произнести её имя и отчество.
Они постоянно называли её то Громила Лавиновна, то Полмира Годзиловна. Издевались, коверкая слова, как угодно. А когда она об этом докладывала начальству, то директор — Фёдор Андреевич Гнездов, лишь пожимал плечами. А его вечная прихлебательница и выскочка Дарья Сергеевна лишь добавляла: «ну это же дети, какой с них спрос?»
— Какой спрос? — пробурчала Эльвира Гавриловна, вновь и вновь переживая прошлое в голове. — Давали бы тюремный срок и дело с концом. Не детям, так родителям. А если бы посадили бы за решётку десяток-другой детишек, то остальные бы тише себя вели. А то и домашнее задание не забывали делать. А если с них не спрашивать, то какой толк?
Со времён преподавания Эльвира невзлюбила детей. Взрослые ей тоже не особо нравились. Что значит, «вы школа, вы и воспитывайте»? А как же жизнь после школы? За каждым не уследишь. За домашнюю работу не усадишь.
И директор с коллегами Эльвире не нравились. Каждый говорил что-то от себя, жаловался на жизнь. Нет, чтобы собраться всем вместе и придумать уже сборник наказаний для школьников и всех причастных. Звания ввести с отличительными погонами для учителей, чтобы всем легче понимать, кто главнее. Даже с расстояния видно будет. Дело? Дело!
Эльвира вообще не любила людей в целом. Особенно тех, кто не выказывал ей свое уважение. А раз погонов не выдавали, то уважение могло прийти только из-за высокого чина.
Статус — вот что важно по жизни. Так считала несостоявшаяся учительница. Потому новая работа Эльвире нравилась. Она могла войти в любой дом, найти нарушения и пожурить виноватых. А может даже разыскать и наказать виновных.