Произнося это, Меньшиков свернул на повороте и подошёл к одной из дверей.

— Заходите, — приказал он, открывая перед нами дверь.

Внутри оказалась просторная комната с несколькими диванами, парой столов и двумя рядами пустых в данный момент вешалок.

— Ваши костюмы принесут через несколько минут, — сказал он. — У вас будет двадцать минут на переодевание. После переодевания — проверка, и только тогда — проход в Зал Малых приёмов. Я встречу вас около дверей и дальше пойду с вами. И вы делаете ровно то, что делаю я. Если я остановился — вы стоите. Если поклонился — кланяетесь вслед. Поняли?

И опять князь получил от нас пару утвердительных кивков.

— Прекрасно. Ждите здесь. Вашу одежду скоро доставят.

Произнеся это, Меньшиков развернулся и вышел за дверь, плотно закрыв её за собой и оставив нас одних.

В какой-то момент я испытал острое желание подойти и узнать — а не заперта ли она. Щелчка замка я не слышал, так что…

Выкинув эту глупость из головы, спокойно прошёл к одному из диванов и уселся на него. Устало потёр глаза. Виктор же сел на другой, сцепил руки вместе. Немного посидев, я заметил, что его левая нога отрывисто дёргается, отбивая по полу пяткой ровный ритм.

— Вик, успокойся, — как можно более дружелюбно сказал я. — Нормально всё будет…

— Тебе легко говорить! — с раздражением в голосе отозвался друг. — В отличие от тебя я с аристократами в барах не бухаю и в русскую рулетку не играю!

— Я, строго говоря, тоже этим не особо занимаюсь, — перебил я его. — И к императорам на чай не хожу. Ещё раз — успокойся. Учитывая всё то, что случилось, это должно было случиться рано или поздно…

— Что?

— Эта аудиенция, — ответил я, стараясь, чтобы мой голос прозвучал достаточно ровно. — Мы с тобой являемся обладателями двух очень важных для Империи реликвий. Она сама напрашивалась.

Тем более, что после слов Меньшикова о «малом зале» я немного успокоился. Видел его один раз, когда смотрел в детстве историческую передачу о дворце. Там устроили что-то вроде экскурсии. Малый зал напоминал скорее большой кабинет и использовался для личных встреч государя с его гостями.

Эта мысль внушила мне некоторое чувство уверенности в себе. Даже если мы там и опростоволосимся, то хотя бы сделаем это не на глазах у всех.

Меньшиков не солгал. Наши «костюмы» действительно принесли через несколько минут. Два чёрных, торжественных парадных мундира с чёрными, начищенными до блеска сапогами. В дополнение к ним белые перчатки. Что сказать. Если я хоть что-то понимал в дорогой одежде и качественной ткани, то стоили эти костюмы столько, что сумма, вероятно, была ближе к номеру телефона, чем к нормальной цене. И я ни капли не удивился тому, что они сели на нас как влитые.