Но в одном я был уверен на сто процентов. Да, я не знаю, что случится, если я переступлю порог этой комнаты. Но если я зайду туда, то последствия этого мне совершенно точно не понравятся.

Будто бы прочитав мои мысли, сидящий за стеклом мальчик поднял ладонь и поманил меня к себе.

— Иди, Рахманов, — сказал Меньшиков. — Ты должен это сделать.

— Да что-то не хочется…

— Хочется, не хочется, а выбора у тебя нет.

Нахмурившись, я повернулся к нему. Заметил, что он держал в руках электронный планшет с какими-то графиками. Один из них, подписанный «А. Р.», упирался в самый верх, а число рядом с ним показывали сто процентов.

— Не переживай, ничего с тобой не случится, — добавил князь. — Мы будем наблюдать за происходящим.

— Очень обнадёживает, — скривился я, вновь посмотрев в сторону парня. — Что-то мне от этого спокойнее не стало…

— С этим я ничего поделать не могу, — чуть ли не равнодушно ответил мне Меньшиков. — Не переживай. Он не причинит тебе вреда. Он вообще никому не способен причинить вред. По крайней мере не напрямую.

— Это как? — не удержался я от нервной шутки. — Что? Эта собака не кусается, а делает больно по-другому, да?

Похоже, что у нашего дорогого великого князя чувство юмора атрофировалось полностью. Он повернул голову и посмотрел на меня единственным глазом.

— В самом худшем случае, Рахманов, он скажет тебе правду.

И? Как вообще это понимать⁈ В каком смысле — скажет правду? Какую ещё, к дьяволу, правду⁈ А хочу ли я её вообще слышать⁈

Глубоко вздохнув, сдержал рвущиеся с языка не самые цензурные слова. Это всё раздражение и усталость, не более. Вот меня и клинит. Нужно просто покончить с этим и всё.

Не став ничего говорить, я направился к двери. Стоящий рядом с ней человек в сером комбинезоне коснулся панели электронного замка, набрал на ней какой-то код, и над панелью загорелся зелёный огонёк.

— Прошу вас, ваше сиятельство, — вежливо произнёс он, отходя в сторону и давая мне пройти.

В ответ я лишь натянуто улыбнулся и кивнул. Вошёл в комнату. Не прошло и пяти секунд, как дверь за моей спиной вновь закрылась. Раздавшийся позади щелчок замка показался мне чересчур уж громким.

Внутри оказалась просторная комната. Самое близкое, как её можно было бы описать — детская. С не самой богатой обстановкой, к слову. Незаправленная кровать с в беспорядке лежащим на ней одеялом. Разбросанные игрушки на полу. У стены письменный стол, заваленный незаконченными рисунками и засыпанный карандашами. Пара книжных шкафов у дальней стены.

Сидящий у стекла парень повернул свою голову в мою сторону, и я встретился с ним взглядом.