— Напоминает склеп, — прошептал Филя.

— Не каркай, — одёрнула Жанна.

Они прошли коридор, свернули налево, потом направо, потом снова налево. Дверей не было, только повороты. Лабиринт.

— Мы идём по кругу, — сказал Гавриил, останавливаясь. — Я вижу эту трещину на стене уже третий раз.

— Тогда как нам выйти? — спросила Жанна.

— Нас не выпустят. Пока не захотят.

И в этот момент стена перед ними бесшумно раздвинулась, открывая зал. Круглый, с куполом, под которым парили светящиеся шары. В центре — стол. За столом — трое.

Женщина в чёрном пальто, та самая, которая приходила в пекарню. Слева от неё — мужчина с лицом, напоминающим кору старого дуба. Правая половина его тела была человеческой, левая — словно из камня, с зелёными прожилками. Справа — девушка лет двадцати, с серебряными волосами и глазами без зрачков.

— Садитесь, — сказала женщина. Её голос теперь звучал иначе — глубже, с металлическим оттенком.

Жанна, Гавриил и Филя сели на стулья, которые выросли из пола.

— Я — Вера. Хранитель равновесия. Мои коллеги — Гроза (каменный человек) и Ла́ста (девушка с серебряными волосами). Мы представляем Комитет, о котором вы, вероятно, никогда не слышали. И это нормально. Мы вмешиваемся только тогда, когда баланс между светом и тьмой нарушается настолько, что это угрожает миру магии.

— Мы нарушили баланс? — спросила Жанна. — Мы всего лишь помогаем демонам и вампирам находить работу.

— И именно поэтому вы здесь, — ответила Вера. — Потому что вы делаете то, что не должны делать. Вы стираете границы. А границы были проведены не просто так.

— Кем проведены? — спросил Гавриил.

— Нами. Хранителями. Тысячу лет назад мы разделили расы на светлые и тёмные. Не потому, что одни лучше, а другие хуже. А потому, что смешение ведёт к хаосу. К магии, которую никто не сможет контролировать.

— Это не так, — возразила Жанна. — Мы уже полгода работаем. Никакого хаоса. Наоборот, люди стали спокойнее, демоны — счастливее. Даже налоговая нас одобрила.

— Налоговая — не аргумент, — усмехнулась Ла́ста, и её беззрачковые глаза блеснули.

— А что аргумент? — спросил Филя, решив, что молчать больше не может. — У нас есть документы, отзывы пациентов, договоры. Мы не нарушали закон. Ни один.

— Законы, которые писа́ли эльфы, не имеют силы перед нами, — сказала Вера. — Мы — высшая инстанция. И мы считаем, что ваша деятельность опасна.

— Почему? — вырвалось у Жанны.

— Потому что вы не знаете, что́ разбудите.

Она щёлкнула пальцами. В воздухе появилось изображение — старинный свиток, исписанный символами, похожими на те, что были в конверте.