Массированный огонь стрелков снёс ещё несколько турелей. Щиты корабля сдерживали взрывы перегретой маны из этого оружия, но атаки учителей наносили реальный ущерб. Вот заклинание Антонины: огромный фиолетовый круг, вращающийся в воздухе, и чёрные цепи, отходящие от него, разрезали один из кораблей почти пополам.

— Это моя девочка, — с нежностью подумал я. Рядом вылетали багровые стрелы, вероятно, от Анны, но Директора нигде видно не было. У мага хватило сил в одиночку оттеснить целый флот в сторону, чтобы «Венчур» мог приземлиться, но где он сейчас?

— Ты не видишь никаких признаков Директора? — спросил Алису. В маске голос резонировал, поэтому мне пришлось постараться, чтобы докричаться до неё сквозь хаос битвы. Лиз стояла с серебряной книгой, висящей в воздухе перед ней. Над полуфеей парили многочисленные светящиеся круги, которые она использовала для сканирования передвижений противника.

— Директор сейчас работает над восстановлением щита над Академией. Посторонние следы маны указывают на то, что империя использует несколько высокоуровневых магов, чтобы ослабить нашу защиту. Пока щит не будет восстановлен, флот может свободно атаковать школу, — сказала Алиса. Голос звучал холодно и отстранённо, когда она обращалась к своей магии прорицания.

Пандемониум закончил зарядку, я снова вставил цилиндр, и стволы начали вращаться. Подняв руку, ухватился за цевьё пистолета, чтобы стабилизировать его, а затем прицелился в повреждённый корабль. — Забвение, — прорычал я. Чёрно-красные стрелы с визгом пронеслись по воздуху и через секунду ударили в корабль, выбив куски из его обшивки. На этот раз моя сила была направлена через фокус, и поток магии начал вгрызаться в корпус.

Я упёрся коленом в перила, рука затряслась от напряжения, вызванного необходимостью держать связь открытой. В груди жгло огнём, боль нарастала. Почти инстинктивно хвост взвился вверх и обвился вокруг руки, помогая удерживать её на одной линии с вражеским кораблём. Я понял, что кричу от боли, когда энергия наконец-то вгрызлась в центральный корпус достаточно глубоко, задевая жизненно важные устройства.

Выпустив заклинание, обмяк. Двигатель внутри вражеского дирижабля вспыхнул, и пары маны воспламенились. Через маску было видно, как по трубам внутри корабля мчится огонь, достигает различных рун и чар, и они взрываются. Внутри серия взрывов прошла вдоль всей линии корпуса, достигла шаров, воспламенив в них газы, и дирижабль превратился в дрейфующий огненный шар.

К счастью, кто-то из преподавателей воспользовался моей атакой: образовались круги заклинаний, а пылающие обломки были подхвачены и брошены в другие корабли. Воздушные шары вспыхнули, дирижабли закрутились и ударились друг о друга, пытаясь избежать повторных столкновений с кусками горящего корпуса.