— Я… я в порядке. Прости, это не то, чего ожидал. Мне непонятно, что именно происходит? — спросил, выдохнув, и почувствовал облегчение от того, что мои слова прозвучали не очень испуганно. В ответ на это Антонина отступила назад и достала свою палочку. Магический артефакт тёмной эльфийки заметно изменился и теперь выглядел более сложным, чем раньше. А не использовала ли она руду маны для её усовершенствования?

Антонина провела кончиком палочки по кругу, и передо мной появилось зеркало в полный рост. Я увидел Алису, прижавшуюся к моей спине, потом взгляд остановился на хвосте, который бежал по её груди и перекидывался через плечо. Кончик хвоста зашевелился. Я понимал, что хвост связан со мной, но не имел понятия, как им управлять.

Мои руки тоже полностью покрылись фиолетовой чешуёй от кончиков пальцев до локтей. Судя по ошмёткам старой кожи, свивавшей вокруг ног, и изодранным штанам от колен до ступней, ноги изменились аналогичным образом. Чешуйки по всему телу стали пурпурными, хотя некоторые из них покраснели.

Посмотрев на отражения Антонины и Алисы, увидел, что они смотрят на меня с любовью в глазах. Алиса поцеловала меня в шею, тесно прижавшись ко мне. — Похоже, ты обрёл более глубокую связь со своим драконьим наследием, милый. Ты выглядишь прекрасно, — она погладила хвост, словно ласкала кошку.

Всё это чертовски странно, но кажется, мне это нравится.

Я постарался подавить смех, в котором, как опасался, могли прозвучать истеричные нотки. Антонина коснулась ладонью моего лица.

— Спокойно, Иван, давай сделаем несколько глубоких вдохов. Что-нибудь странное происходило с тобой в последнее время? — настойчиво спросила Антонина во второй раз.

— Так, ладно… Ну, у меня была встреча с профессором Рамсиным. Мы поговорили о Дерпе, о возможных способах лечения, а потом обсудили укрощение больших групп зверей с помощью заклинания временного доминирования. После этого я отправился к профессору Хеку. Он осмотрел Дерпа и подтвердил, что мана Дерпа приобрела сродство, которое убивает его. Он дал мне рекомендации по лечению. Выйдя от него, я столкнулся с профессором Суворовой, с которой мы поговорили о вежливости, потом пошёл к Лилии, и мы с ней разбирались в разнице между сущностью и маной…

Поняв, что меня снова начинает охватывать отчаяние, сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться и попытаться подобрать слова, чтобы описать то, что произошло в коридорах.

— Когда шёл через коридоры слуг я думал о том, что нового узнал: разные виды маны, сродства, сущности. И тут понял, что моя мана, похоже, сосредоточена вокруг различных аспектов души и кинетической энергии. Пока размышлял об этом, мои энергии попытались объединиться. Впервые я почувствовал свою физическую ману, но внезапно она начала стекать в связанную энергию. Я попытался остановить это, что сработало… но привело меня к истощению. Потом пришёл сюда, сел в кресло и уснул.