Я кивнул, не отвечая.

Гонг ударил один раз, другой.

Шествие двинулось.

Я шагал впереди своей группы, чуть в стороне от основной колонны. Пламенники шли параллельно нам, их багряный строй был похож на языки пламени, вылизывающие дорогу. Где-то позади слышалось тихое пение — кто-то из Ордена Белой Ткани читал молитвы.

Люди тянулись с обеих сторон улицы — вытягивали руки, прикасались к краям наших плащей, некоторые женщины плакали. Кто-то торопливо пытался вручить воинам узелок с едой.

— Говорят, в старину такие походы называли Чёрными караванами, — проговорила Элвина. — Потому что в них уходила половина клана. И ещё половина не возвращалась. Они уже нас оплакивают.

Ближе к городским воротам процессия ещё больше разрослась. К нам присоединились «Ночные тени» — разведчики и добытчики Ноктиума.

Я сразу узнал Хвана — его походка была всё той же, расхлябанной, будто он шёл не на войну, а на базар.

Он поймал мой взгляд, ухмыльнулся.

— Ну наконец-то, Ром! — крикнул он. — Ты в своём этом новом мундире совсем как надутый петух!

Я не удержался от короткой улыбки.

— А ты всё такой же наглый.

— Конечно! — широко улыбнулся старый товарищ. — Иначе я бы давно сдох!

Процессия вышла за стены под музыку и бой барабанов. Солнце било в глаза, дорога блестела, как раскалённый нож.

Парады кончились. Начался поход.

Мы шли по северной дороге почти два часа, прежде чем город окончательно исчез за холмами, а его шум стал таким далёким, что напоминал отголосок сна.

Пыль вставала тяжёлыми волнами от шагов сотен людей. Впереди грохотали платформы с припасами, кузнечные станки и громоздкие медицинские повозки Белотканников — они тащили целый госпиталь. А между рядами шли те, кого я прежде всего пару раз видел близко. Пламенники.

Их колонна не была такой чёткой, как у Лунных стражей. Они больше походили на горящие угли, которые ветер рассеивает по дороге. Каждый магус — в багряной мантии с узором языков пламени — нёс при себе зачарованную маску. Кузнецы шагали с арефактными молотами, обмотанными лентами с рунами. Строители везли на тяжёлых платформах странные конструкции, похожие то ли на печи, то ли на големов.

— Вот и думаешь иногда, кто из нас больше безумен, — пробормотал я. — Мы или они.

— Мы, — Хван возник справа, словно вынырнул прямо из пыли.

Я едва успел развернуться, прежде чем он хлопнул меня по плечу так сильно, что чуть его не выбил.

— Тьма меня забери, Ром, — хохотнул он, — ты и вправду стал этим… как его… настоящим Лунным выскочкой! Я уже слышал о твоих успехах…

— А ты, как вижу, всё ещё Ночная тень. И, судя по тому, что на тебе едва сходятся ремни, вас там отлично кормят.