— А дедуля-то с характером, — заметил хамелеон. — Мне он определённо нравится. Никаких слезливых речей про великий долг рода, про кровные узы и прочую ерунду.

— Прагматик, — согласился я.

Подход предка мне импонировал. Не благородство потомков, не слепая удача, а фильтр на компетентность. Смог разгадать рецепт и добыть ингредиенты, получай знания. Не смог, твои проблемы. Жёстко, но справедливо.

Я перевёл взгляд на склянку и осторожно взял её в руки. Тёмное толстое стекло, плотная притёртая пробка, залитая воском, который от времени слегка растрескался. На просвет жидкость внутри оказалась густой и непроницаемой, без осадка. При лёгком покачивании зелье вело себя маслянисто и оставляло на стенках плотный след.

— Дашь понюхать? — предложил Орион.

Я поднёс склянку поближе к его морде. Хамелеон несколько раз быстро высунул язык, пробуя воздух рядом с сургучом.

— Ничего не чувствую, — сказал он через секунду. — Запаяно намертво. Будем пробовать? Я могу попытаться определить состав.

— Я похож на идиота? — я аккуратно поставил склянку обратно в шкатулку. — Предок ясно дал понять, что спешить не стоит. А проверять чужие алхимические сюрпризы вслепую я не привык. Во всяком случае, пока не пойму, что это за состав.

Затем я взялся за журнал.

Тяжёлый. Обложка из плотной грубой кожи потёрлась на углах, страницы пожелтели от времени, но переплёт держался крепко. Я провёл пальцами по корешку. Не сборник типовых рецептов того времени, а личные записи: формулы, расчёты катализаторов, ошибки и удачи. Так пишет тот, кто сам делает дело, а не переписывает чужое.

— Серьёзный труд, — сказал я, оценивая вес книги.

Орион перебрался с моего плеча на стол и ткнулся носом в обложку.

— Да, — тихо сказал он. — У тебя тоже так было.

— Только у меня таких книг был десяток, — усмехнулся я.

— Ага, ты никогда не мелочился, — питомец переступил лапами по коже переплёта. — И они были в три раза толще. А этот дедуля оказался скуповат со своими потомками. Всего один томик оставил.

— Он оставил выжимку, — отметил я. — Самое главное. Остальное хороший алхимик додумает сам.

Я смотрел на журнал, и мысли ненадолго вернулись в прошлое. В своей прошлой жизни записи я вёл не менее тщательно. Личный экземпляр с абсолютными рецептами, расчётами по магоцветам и анализом ядов всегда находился при мне.

— Я тогда всё сделали правильно, — сказал я. — Хотя возможно, был и другой путь… Но тогда я бы не оказался здесь.

— Ещё бы, конечно правильно, — Орион кивнул чешуйчатой головой. — Ты же и раньше этих артефаторов гонял так, что они спали стоя. А уж какой финал!