Я помолчал, ожидая ответа, но его не последовало. Господин Ухтомский задумчиво жевал губами. Тогда я жестко добавил:

— Вам же этих денег хватит и с кредитом по заводу рассчитаться, и векселя ваши, что ваш приятель Лисичянский зачем-то скупает, выкупить. А там, еще раз перезаложив дом, сможете и вовсе с ним рассчитаться.

— А с чего я новому займодателю платить буду, милостивый государь? — колюче спросил Дмитрий Михайлович.

— А вот об этом я и хотел с вами переговорить. Есть у меня к вам еще одно предложение…

Из мемуаров Воронцова-«Американца»

«…Остаток года мы все провели в хлопотах. Дмитрий Михайлович, принявший моё предложение, занялся организацией 'Союза солеваров Белого моря».

Он съездил к Энгельгардту[6], бывшему тогда губернатором Архангельской губернии[7]. На приеме у Александра Платоновича Ухтомский много распинался о том, как важен прогресс. Правда, тут же не менее ярко говорил и том, как важно хранить вековые традиции. Когда у губернатора уже совсем пошла кругом голова от непонимания, что же именно ему хотят сказать, посетитель перешел к простым и доходчивым тезисам. Во-первых, солеварение являлось старинным производством на Белом море, и терять его нельзя. Во-вторых, без прогрессивных технологий себестоимость соли до конкурентоспособных величин не снизить. Ну а в-третьих, есть такой замечательный господин Воронцов, который готов выдать солеварам оборудование, снижающее себестоимость раза в полтора. В лизинг[8]. И так же готов заключить с ним договор на приобретение у них определенного количества соли по фиксированной цене, что позволит им продолжить занятие предков, ни о чем более не беспокоясь.

Ну, а от губернатора требовалась поддержка сего благого начинания. Энгельгард, ознакомившись с деталями, и всего после двухнедельного раздумья, поддержал.

Получив одобрение губернатора, Дмитрий Михайлович начал ездить по губернии и вербовать членов в новый союз, на бумаге показывая, что они ничем не рискуют. Оборудование не их, объемы фиксированы, цены тоже, так что хватит и расплатиться по лизингу, и себе оставить. И губернатор несколько раз выступил с одобрением этой инициативы.

Многие гадали, с чего так резко изменил свою позицию известный консерватор Ухтомский. А ответ прост. Процент. Один процент от валовой выручки Союза. Сейчас там добыча была шесть с половиной миллионов пудов, я же собирался за два года поднять ее вдвое, и вытеснить англичан с нашего рынка.

При оптовой цене соли тридцать две копейки за пуд, валовая выручка Союза уже в следующем году должна была составить около трех миллионов рублей. А еще через год — вырасти до четырех. И из них Дмитрию Михайловичу должно было отходить от тридцати до сорока тысяч ежегодно. Причем за то, что он действительно умел делать хорошо. За представительство. Как-никак, официально председателем создаваемого «Союза…» становился именно он. Некогда мне председательствовать. Да и не во всякие двери я пока войду. А вот представитель древнего рода Ухтомских…