Спустя время в подсознании отложилась установка, что все мужчины – неотёсанные грубияны, и от них надо держаться подальше. И сейчас Катерина по привычке ожидала, что тяжёлые молотки вот-вот пройдутся по спине и вырвут чёртову молнию с корнем. Но вопреки ожиданиям лёгкие пальцы легли на позвоночник, нащупали бегунок и одним движением расстегнули молнию.

– Волосы спрячь под капюшон, – велел Северный и снова отвернулся.

Оторопевшая Катя ожила, быстрым движением стянула с себя лабораторный наряд и оделась в новый: тёмные брюки, кроссовки и удлинённое худи с просторным капюшоном. Ткань приятно прилегла к телу. Стиль одежды повторял наряд самого Северного облегающими рукавами и асимметрично удлинённым подолом с заострёнными уголками. Странно. Но Катерина не стала задавать лишних вопросов. Она натянула капюшон на голову, но непослушные волосы всё равно выпадали вперёд серебряными прядями.

– Завяжи их, – сказал Северный, повернувшись, и, глянув на Катю.

– Нечем, – развела она руками.

– В кармане заколка.

И вправду. Катя достала из кармана худи металлическую заколку и сразу же воспользовалась ею, после чего волосы уже не торчали из-под капюшона.

– За мной. – Он зашагал к двери. – Не отставай, иди рядом.

Катерина поравнялась с Северным и пошла за ним в узкий неосвещённый коридор за дверью. Подземная тьма застелила собой всё пространство. Без единого источника света Катя не видела ровным счётом ничего. Оставалось гадать, как Северный идёт так уверенно, ни на что не натыкаясь.

Она не смогла пройти и десяти метров, как споткнулась обо что-то и полетела вперёд. К счастью Северный остановил её падение, вовремя поймав.

Катерина застыла, осознавая, что горожанин находится непозволительно близко, да ещё и держит её за локти. Чужой запах парфюма с нотами вишнёвого дыма и вечернего воздуха затмил сознание и выбил из колеи.

Голова закружилась. От смущения кровь прилила к щекам, они запылали, и как хорошо, что темнота скрывала это.

– Ой, я ничего не вижу, – проговорила Катя полушёпотом.

Она ожидала, что Северный сейчас возмутится её неуклюжестью, ещё раз напомнит, кто тут низший, а кто высший, и что-нибудь ещё в таком духе. Во тьме ни то, что выражения его лица не получалось разобрать, даже силуэта разглядеть не удавалось. Катя лишь догадывалась, что он, наверное, недоволен и смотрит свысока. Звук его ровного дыхания ни о чём не говорил, но повисшая пауза, казалось, не к добру.

– Зато я всё вижу. Держись за меня, – прозвучал приятный тихий голос.

Чужая рука взяла её ладонь горячими пальцами и положила на локоть горожанина.