— Отлично. И ещё раз благодарю вас за службу, Ваше Сиятельство.

— С недавних пор это мой долг.

— Ха! — улыбнулся чёрный, а затем взглянул назад, на фургон. — Не жалеете, что не доучились?

— О, нет. Мне и тут довольно весело.

— Я вижу…

С тем человек в чёрном вернулся в фургон, а мужик в рубашке вместе с долговязым сели в такси. Машины разъехались. Итого всё представление заняло не дольше пяти минут.

— Дела-а-а-а, — раздалось над ухом у Толясика. — И что это такое сейчас было?

— Эй! — крикнул он и отшатнулся. — А ну иди отсюда, бомжара!

— Экскузьмуа, — сказал Максимка и взвалил на плечо мешок с банками. — Просто хотелось с кем-то обсудить…

* * *

Ах, как многое нам нужно было обсудить! Ох, как многое просмаковать!

Вот только не сразу. С утра. Потому что вчерашний день и без того вышел слишком долгим и насыщенным, — я даже не помню, как заснул. Помню, вернулся домой сильно за полночь, насыпал Адмиралу корма, присел на кресло и всё…

Проснулся около четырёх утра от того, что шея затекла, и только тогда передислоцировался в кровать.

Что до дня сегодняшнего, то мы явно заслужили выходной. И потому вместо офиса я собрал весь персонал «конторы» у себя на участке. Попросил быть к полудню, чтобы все были бодры, веселы и готовы праздновать нашу первую громкую победу.

А расположились мы, само собой, во дворе. В патио.

— Ты не мог бы запереть кота? — уже в десятый раз спросил у меня Брюллов.

Под взглядом Адмирала Колтуна, Сайтама всякий раз начинал жалобно скулить и лезть к хозяину на руки. При этом остервенело перебирал лапами, будто от этого зависит его жизнь. Вопрос времени — когда он с таким подходом разорвёт хозяину одежду?

Короче говоря, коммуникация у зверушек не сложилась. Хотя коту на француза было, мягко говоря, наплевать. Адмирал чувствовал себя хозяином, и великодушно разрешал пёсику гостить на своих владениях.

— Куда же я его запру, Андрей Юрьевич? Это же кот.

— Сайтама думает, что является человеком, — вместо ответа начал объяснять Брюллов. — Общение с другими формами жизни травмирует его психически и…

— Лимонад! — это с кухни вышла довольная Рыжикова.

В последнюю пару дней мне было особо не до романтики, а потому сегодня я собирался наверстать. Во-первых, я уже провёл ей экскурсию по дому, — то есть показал пещеру. Во-вторых, вечером собирался вкусно накормить едой собственного сочинения, — то есть ритуально преподнести мамонта.

Ну а в-третьих, Ксюша и сама проявила инициативу.

Заметила в холодильнике встроенный лёдогенератор, заказала через доставку целую гору цитрусовых и как давай готовить. На моей кухне, да-да-да. Очень символично. Так, глядишь, и съедемся случайно.