— Очень вкусно, — похвалил Панкратов, одним из первых приложившись к лимонаду. — Но хочется спросить у нашего дорогого хозяина дома. Сергей Романович, неужели наш корпоратив пройдёт вот так? Неужели вы не озаботились о других, более подходящих напитках?

— Всё будет, — пообещал я. — Но не всё сразу. Так уж вышло, Михаил Михайлович, что наше празднество будет разделено на два блока. Уверен почти на сто процентов, что вскоре нас ждёт увлекательное выездное мероприятие.

— Это куда?

— Увидите, — сказал я и перевёл взгляд на айтишника. — Итак! Андрей Юрьевич, дорогой. Ты говорил, что проделал какие-то расчёты? Любопытно было бы послушать.

— О, да! — оживился Брюллов и ради такого дела даже скинул с себя Сайтаму.

Но начать рассказ всё равно не успел.

— Готово! — пятый сотрудник «конторы» вернулся в патио с целой решёткой жареных на углях сосисок.

Шапочка. Пока что сотрудником он был внештатным, но после вчерашних приключений я сделаю всё что угодно, лишь бы закрепить его за «конторой». Настолько идейные люди нам обязательно нужны. И как знать? Вполне возможно, что в будущем именно он станет тем самым пресловутым «сердцем коллектива».

Полное имя Шапочки, кстати, Виталий Владимирович. И стоило вчера Виталию Владимировичу понять, что происходит вокруг и в чём именно он участвует, как от блаженного чудика не осталось и следа. Из добряка, что шьёт на досуге плюшевых ряпушек, он в одночасье превратился в разящий меч правосудия. В воина возмездия — яростного, бескомпромиссного и неспособного на милосердие. Карме такие люди по душе.

Причём логика в его поведении была. Странная, как и он сам, но железная.

Однако надо бы обо всём по порядку! Лимонад по стаканам, сосиски в булки, горчички сверху, и сотрудники «конторы» начали неспеша трапезничать. Все, кроме Брюллова, который уже загорелся своими расчётами:

— Я думаю, что незаконная прибыль Григорьева составляла порядка пятисот миллионов рублей в год.

Признаться, от такой цифры я чуть было не поперхнулся.

— В зависимости от сезона, — продолжил Андрей, — стоимость навоза может варьироваться от 110 до 450 рублей за тонну. А стоимость, по которой отпускали битум, насколько нам известно из бумаг Домогацкого, была равна семи тысячам рублей за тонну…

— Икс семьдесят, — Панкратов присвистнул и уважительно покивал головой. — Неплохо.

Вот только причём здесь, казалось бы, навоз? Да вот же…

Секрет рода Григорьевых заключался в том, что у себя на предприятии они собрали сложную артефактную установку, которая превращала навоз в битум. Это если коротко. А если развёрнуто: три десятка подписавших договор о неразглашении артефакторов в две смены без выходных и праздников заряжали магические кристаллы шайтан-машины, которая буквально печатала для Григорьева деньги.