— Но что?

— Часть денег я уже проиграл, — сказал я на выдохе, и тут уж вообще лицом в ладони упал.

— Ох…

— Речь о серьёзной сумме, — а вот заплакать не получилось. — Мне её ни за что не простят, понимаете? Я даже боюсь предположить, что сделают со мной люди Дембеле, если я не достану это чёртово вино, — тут я начал тараторить, потому как диалог и без того явно затянулся: — Дальше я узнал, что ваше ведомство изъяло всю партию на утилизацию, и вынужден был действовать, отсюда и срочность, прошу меня простить, надеюсь теперь-то вы понимаете, и только вы в силах спасти меня, только вы в силах помочь, я прошу вас, я умоляю, не губите, вы всё равно собираетесь уничтожить вино, но в этом ведь нет никакой необходимости, а мне всё равно кому платить, и я подумал, что возможно, ну а вдруг, я смогу…

— Мы вас услышали, молодой человек, — оборвала этот поток мыслей пухлая Тамара.

— Нам нужно посоветоваться наедине, — добавила сухая.

— Конечно-конечно, я всё понимаю.

Следующие десять минут я, — по инерции всё ещё в образе, — нервно расхаживал перед входом в кафе и ждал решения инспекторш. Подло ли я поступал? Возможно. Но не подло ли было вымогать деньги у Брюллова, зная всю эту внутрянку про его хобби? Да и потом, я ведь уже пообещал обойтись без посадок…

— Мы согласны, — Тамары вышли из кафе на улицу. — Вскоре с вами свяжется наш человек.

Логично. Сами они под пули не полезут. Продумают всё хорошенько, подготовятся и вот только тогда пойдут на сделку. Чужими руками, чтобы если вдруг что остаться чистыми. А мне оно надо? А мне оно, конечно же, не надо.

— Благодарю вас! — тут я аж в пояс поклонился. — Я подготовлю деньги к завтрашнему утру! Но сегодня… скажите, вы не могли бы отдать мне хотя бы какую-то часть товара? Чтобы я мог выслать Зинедину Фабьеновичу фотографию, мол, всё в порядке?

Тут я похлопал себя по карманам и достал пачку наличности. Пересчитал, брезгливо поморщился и сказал:

— Пятьдесят тысяч. Боюсь, тут только на одну бутылку…

И надо было видеть, как зажглись глаза сухой Тамары. И как пухлая пошатнулась, а затем чуть было не присела в урну. Калькуляция потрясла барышень до глубины души, и в своём воображении они уже покупали себе дома, машины, острова и пивные креветки сухой заморозки.

— Думаю, — сказала сухая Тамара. — Это мы сможем организовать…

Такси бизнес-класса, — без флага и мягких игрушек на торпеде, — понесло нас троих, таких жизнерадостных и весёлых, прямиком в один из корпусов городской администрации.

А там почти сразу же и случилась развязка. Тянуть дальше не было ни смысла, ни желания. Передав Тамарам деньги, я получил в руки бутылочку вина с фотографией улыбчивого дядь Юры на этикетке, а следом сразу же достал паспорт.