— Что ты предлагаешь? — в упор спросил Фэб Пятого. — Вы пока что еще не в состоянии обходиться без помощи. Вы сами спрогнозировали и создали эту ситуацию, и, прости, получилось так, что сработала та самая практически невозможная вероятностная ветка — но её вы тоже предполагали, ведь так? Я тебя внимательно слушаю: что ты сейчас можешь предложить взамен тому варианту, который предлагаем мы? Что ты хочешь?

— Вещь, — не глядя на Фэба, произнес Пятый. — Из одного места достали, в другое положили. Или посадили. А вещь что? Она даже думать не умеет, и уж конечно ничего предложить не может, так? У меня нет ответа, Фэб, и ты это знаешь. Плохая это была идея, но другие были не лучше. Мы не можем умереть, Фэб. Поэтому измываться над нами можно до бесконечности.

— С каким бы удовольствием я тебя сейчас оттаскал за ухо, — проворчал Саб. — Вещь, говоришь? Ты — вещь? Ну и отлично. Договорились. Фэб, давай, как ты сказал, тем более что Лин не против. Не против же? Тогда поехали. Разные-то они разные, но характеры по степени идиотизма и упертости — просто один в один, — сказал он Фэбу, имея в виду Ита, разумеется. — Сперва в голову себе вбивается какая-то хрень, которую клещами оттуда не вытянуть, потом начинаются трагедии. На фоне придуманной хрени. Вот Кир меня за высокую мораль тогда побил, — вспомнил он. — А чем, прости, тот от этого вот, — он махнул рукой в сторону Пятого, — отличается? А ничем! Зрачками только если, вертикальными.

* * *

По дороге сперва Пятому, а потом и Лину стало нехорошо — Фэб все-таки не выдержал, и добавил в схему сперва успокоительного, а затем и снотворного. Какая природа, какая весна, когда пациенты устраивают такие выверты? Хорошо, что системы не сняли, думал он, а то получили бы по итогу пару сердечных приступов, и один на двоих нервный срыв.

Саб не отходил, всю дорогу просидел рядом, и нервничал, кажется, не меньше, чем эти двое. Он пытался что-то говорить, как-то успокаивать, но слова его особого действия не возымели, поэтому он вскоре начал помогать Фэбу, собственно, ничего другого и не оставалось.

— Плохая была идея, — грустно сказал он, когда катер уже подходил к дому, — наверное, не нужно так было.

— Наоборот, — спокойно ответил Фэб. — Они до этого момента неадекватно оценивали своё состояние. Сейчас эта встряска только на пользу, как бы парадоксально это не звучало.

— Почему? — удивился Саб.

— Потому что поймут, что надо соизмерять свои желания, и свои возможности, — жестко ответил Фэб. — Не устрой Пятый этот скандал перед вылетом, дорогу бы перенесли нормально. Поверь. Но он устроил. Трепанул всем нервы, в первую очередь — себе. Поймали последствия. Не очень серьезные, но неприятные. Как минимум, повод задуматься.