— Толь, всё нормально, — тихо сказал Фэб. — Да, так хорошо, ты прав. По крайней мере, теперь уж точно не забудут и не забросят. Да и место действительно… то наше решение с поляной было не очень хорошее. Так лучше. Всем лучше.

— Наверное, — покивал Ри. — А почему часовня называется «Святости всеобъемлющей, дарованная в утешение и обретение надежды»?

— Потому что это было общее решение, уже не только нашего прихода, — пояснил священник. — Вот эти таблички — частицы земли из всех уголков нашей планеты, где есть церковь. Потому и святость всеобъемлющая. Утешение же и надежда нужны каждому живущему, как вы понимаете.

— Да, красивый символ, — одобрил Ри.

— А когда мне это всё станет совсем невыносимо, я просто прыгну вниз, — вдруг сказал Фэб. — Тоже будет символ, в некотором смысле.

— И даже не думай о таком, — сердито ответил ему отец Анатолий. — Фэб, достаточно. Уже говорено и переговорено — если ты хочешь встретить их потом в Царствии небесном, будь добр донести свой крест до самого конца, а не малодушно кинуть его, не окончив путь. Господин Торк, вы ведь у нас теперь в наиглавнейших начальниках, верно? — обратился он к Ри. Тот посмотрел на него непонимающе. — Так прикажите ему вот, — кивок в сторону Фэба, — начать работать, чтобы не сойти с ума. Лечить ему пока никто не позволит, но его звали к себе мистики, в качестве… Фэб, как они сказали?

«Что ты делаешь?! — пронеслось в голове у Фэба. — Хотя… а ведь действительно, отличная мысль».

— Обслуживание консервированных сред, синтез, и еще что-то, я уже и забыл, — с неохотой ответил Фэб. — Вроде бы сказали, что могут платить. Пока немного, но хоть что-то. Кир, кажется, согласился уже. Я не решил ещё, не знаю, надо ли мне это.

— Так почему не пойти работать, действительно? — удивился Ри. — Тем более что сами зовут. Я же помню, как тут непросто найти приличную должность.

— Какая забота! — с издевкой произнес Фэб. — Я сам решу, спасибо.

— Ясно. Так, отец Анатолий, вас не затруднит нас покинуть? — спросил Ри. — Мне нужно закончить разговор с Фэбом…

— Только отойдите подальше от обрыва, пожалуйста, — попросил священник. — Даже у меня возникают порой крамольные мысли, а за Фэба я не ручаюсь.

Ри усмехнулся.

— Скинуть меня хочешь? — спросил он. Фэб отрицательно покачал головой. — Господи, какая глупость. Ну, скинь. Боюсь только, что от неожиданностей с твоей, и не только с твоей стороны я неплохо застрахован. Знал, с кем придется иметь дело.

— Вот даже как, — покачал головой Фэб. — Каждый судит по себе. Кстати, Толя, может быть, ты и хотел бы его сбросить, а вот я — нет. Это было бы слишком милосердно. Если бы, Ри, я хотел тебя убить… убил бы я тебя быстро, а вот дальше — сделал бы с тобой ровно то же, что ты сделал с ними. Например, зашил бы тебе веки через край черными нитками…