Шая достала из замшевого мешочка три браслета, в центре каждого тускло поблескивал молочно-белый камень.

— Это лунный камень, — пояснила она, раздавая нам амулеты. — Эти амулеты и будут артефактами, которые смогут избавить вас от вашей проблемы хотя бы на время. Но чтобы они заработали, их нужно активировать.

Она протянула мне тонкую серебряную иглу. Ее кончик остро блестел в полумраке.

— Уколи палец. Капля крови должна попасть на камень. Держи палец на камне до конца ритуала, не отрывая.

Я взял иглу. Короткое, почти безболезненное движение. На подушечке указательного пальца выступила яркая капля крови. Я прижал палец к камню. Он показался на мгновение прохладным, но затем впитал тепло, и кровь, расплываясь по его поверхности, постепенно впиталась, оставив едва заметный розоватый след. Я наблюдал, как-то же самое проделали девушки. Алиса сделала это быстро, почти не глядя. Лидия же медленно и тщательно, с полной сосредоточенностью.

Когда все было готово, Шая заняла место в центре, в треугольнике между нашими кругами. Она достала из сумки толстый фолиант в потрескавшемся кожаном переплете и положила его на колени.

Затем достала несколько мелков разных цветов и начала чертить руны. Одни она выводила на полу, соединяя наши круги сложной сетью линий, другие — в воздухе, и эти символы на мгновение вспыхивали тусклым светом, прежде чем раствориться.

Наконец она зажгла свечи. Комната наполнилась мягким светом и тонким ароматом пчелиного воска. Шая закрыла книгу, положила ее рядом и посмотрела на каждого из нас по очереди. Ее взгляд был серьезным и собранным.

— Сейчас я начну, — сказала она тихо. — Моя задача — вплести в амулеты часть вашей жизненной силы и создать защитный буфер. Это позволит вам отдаляться друг от друга без последствий.

Она сделала паузу, давая нам осмыслить сказанное.

— Я начну читать заклинание. Ваша задача — закрыть глаза. Не смотреть на свечи, не отвлекаться на звуки. Сосредоточьтесь на моем голосе, пусть он станет вашей точкой опоры. Загляните внутрь себя. Спросите, что вы на самом деле чувствуете к тем, кто сидит напротив.

Она закрыла глаза. Губы ее зашевелились, и из них полился тихий, гортанный напев. Древний язык, непонятный, но обладающий странной ритмической силой. Звук заполнил комнату, вибрируя в воздухе и отзываясь в теле.

Я послушно закрыл глаза и попытался сосредоточиться, как она велела. Голос Шаи то усиливался, то затихал, сплетаясь в монотонную, гипнотизирующую мелодию.

Что я чувствую? Вопрос был простым, и ответ оказался таким же. К Алисе — чувство ответственности, некоторую вину и теплоту. К Лидии — уважение, смешанное с досадой, и понимание, что за ее сдержанностью скрывается ранимая натура. Ни ненависти, ни злобы. Я был спокоен и готов к тому, что предстояло.