Кто-то свой.

В голове тут же возник образ. Темные волосы, умные глаза и сногсшибательная красота по меркам людей.

Я достал телефон, открыл чат и быстро напечатал:

«Не хочешь прийти ко мне завтра на прием?»

* * *

Пробуждение было вязким, словно Алиса выныривала из густого киселя. Сначала вернулись звуки: тихий, размеренный гул, похожий на работу вентиляции, далекие, приглушенные шаги. Затем пришло ощущение тела — тяжелого, ноющего тупой болью в каждой мышце. Во рту было сухо, как в пустыне, а голова казалась набитой ватой.

Алиса попыталась открыть глаз, но свинцовые веки не поддавались. С первой попытки удалось лишь приподнять их, впустив тусклую полоску света, который тут же резанул по сетчатке, заставив болезненно поморщиться.

Она лежала на чем-то мягком, но это определенно была не больничная койка с жестким матрасом и запахом хлорки.

Потолок над головой был высоким, сводчатым, выкрашенным в темно-бежевый цвет. Никаких ламп дневного света — только мягкое, теплое свечение откуда-то сбоку.

— Алиса! — раздался знакомый, полный тревоги голос, прорвавшийся сквозь пелену в ушах.

Рядом послышалось шуршание одежды, быстрые шаги.

— Наконец-то ты очнулась!

Чьи-то прохладные пальцы сжали ее ладонь. Алиса с трудом повернула голову. Образ расплывался, двоился, но она узнала силуэт, темные волосы, собранные в строгий пучок, который сейчас был слегка растрепан.

— Лидия… — прохрипела она. Собственный голос показался чужим. — Г… где я?

Лидия сидела рядом на стуле, наклонившись к ней. Ее лицо было бледным, под глазами залегли тени, но во взгляде читалось такое облегчение, что Алисе стало стыдно за то, что она заставила подругу волноваться.

— Все в порядке, — раздался другой голос, мужской, низкий и спокойный. Он звучал откуда-то из глубины комнаты. — Ты в безопасности. Ты у нас в резиденции.

Алиса моргнула несколько раз, пытаясь сфокусировать зрение. Картинка медленно обретала четкость.

Комната была небольшой, но уютной, похожей на келью в дорогом монастыре. Каменные стены, дубовая мебель.

Мужчина в черном одеянии с вышитым золотым крестом на груди подошел ближе. Его лицо обычно было суровым, но сейчас на нем играла легкая, ободряющая улыбка.

Корней. Мастер Инквизиции. Друг Виктора.

— Эта тварь крепко потрепала тебя, — произнес он, глядя на Алису внимательно и цепко. — И почти высушила твой источник. Энергетическое истощение — штука неприятная, похуже физической раны. Так что вместо того, чтобы везти тебя в обычную больницу, где врачи бы только руками развели и начали пичкать глюкозой, мы доставили тебя к нам. Мы знаем, как поставить на ноги после таких встреч с потусторонним.