— Чего-то вы, друзья мои, недоговариваете, — недовольно покачала головой Воронцова. — Ладно, сейчас полиция подъедет, с ней будете разбираться.
— Только не полиция! — Ясухару аж передернуло. — Нет, нельзя!
— Это почему еще? — подозрительно прищурилась на него молодая графиня.
— Потому что… Потому что коляска, на которой увезли Иванку, имела раскраску как раз земской полиции!
— А, ну так это называется не «похитили»! — усмехнулась Милана. — Это называется, «задержали». Или даже «арестовали»… Хотя странно, конечно, — согнала она с лица ехидную улыбку. — У земцев нет полномочий заниматься федоровскими кадетами — разве что на месте преступления застигнут… Что такого твоя Иванова натворила? — уже почти растерянно спросила молодая графиня у японца.
— Да ничего она не натворила! — рявкнул тот. — Просто шла дозором! А эти налетели, схватили и увезли! И в полицейской форме там был только один! А распоряжался всем другой, в штатском!
— А остальные двое из ее тройки в это время чем занимались? — задала вопрос японцу Воронцова.
— Э… Не знаю, — неожиданно признался Тоётоми.
— Как-то хитро у тебя: тут знаю досконально, тут не знаю ни духа…
— Иванка шла чуть впереди остальных. Когда все случилось — оглянуться не успела!
— Откуда такие подробности?! — не унималась Милана.
— Просто…
— Просто поверь ему! — поспешил вступиться я за Ясухару.
— Нет уж, пусть объяснит! — молодая графиня была непреклонна. — И не пустым «магия»! — сердито зыркнула она на меня.
Пару секунд Тоётоми промялся в нерешительности, и наконец выдал:
— У меня с ней астральная связь! Вижу ее глазами, слышу ее ушами! Это из-за того дыма… Ну, довольна?
— Иванка мне говорила то же самое, — добавил я тут же — для убедительности.
— Духи Америки… — прошептала фон Ливен.
— Ладно, примем как версию, — поколебавшись, кивнула Воронцова. — И что ты предлагаешь делать?
— Не знаю… — в самый ответственный момент вдруг сдулся японец. — Только пока мы тут стоим и болтаем — Иванку увозят! — тут же, впрочем, снова встрепенулся он.
— Ты… Она видит, куда ее везут? — быстро спросила Милана.
— Нет… Но у меня вот что есть! — торопливо сунув Мессенджер в карман, Ясухару достал из другого обгорелый обрывок пергамента и принялся его разворачивать.
— Что это? — шагнула к нему молодая графиня.
Татарчук с «зонтом» проворно дернулся следом за ней.
— Карта, которую нам дали на гонках… Точнее, то, что от нее осталось…
— Ты же говорил, она сгорела после аварии? — хмыкнула Воронцова.
Тоётоми тогда и впрямь так сказал посреднику. Усомниться в его словах никому и в голову не пришло.