«Помог, к духам! И что теперь будет?!»
«Терпение, сударь. Скоро все закончится… Если только… »
«Если только — что?!»
«О, нет! »
В этот момент по «трубе» пришелся новый удар — но теперь не в какую-то одну точку, а будто бы по всей длине. Такое же приоткрылось и «окно» — узкое и вытянутое. Я успел увидеть каких-то людей в черных одеждах со спрятанными под черными масками лицами — так и хотелось обозвать их «ниндзя». А затем меня неудержимо поволокло к «окну», а этих, в черном, наоборот швырнуло в нашу сторону. Пара мгновений — и, подобно бесплотным духам пойдя сквозь разделявшую нас преграду, «ниндзя» ввалились в нашу «трубу», а нас шестерых, наоборот, выбросило наружу.
Ну, как наружу… Это, похоже, тоже был чей-то портал, причем, на первый взгляд, нормальный — с потолком, стенами и полом. Вот только пол этот резко шел под уклон, к тому же оказался невероятно скользким, и мы полетели по нему куда-то вниз, словно детишки с ледяной горки — во мглу, застилавшую выход из астрального коридора.
Глава 31
в которой мне раскрывают секрет,
а я делюсь своим
— Поверить не могу: они прислали кадетов?!
Голос послышался от дверей комнаты, куда нас выбросило из портала, когда я здесь еще толком и оглядеться не успел.
Пронзив мглу выхода из астрального коридора, я обнаружил себя на дощатом полу, когда-то крашеном, но ныне вытертом до голого дерева. Фуражка, которую я потерял, кувыркаясь в «трубе», валялась рядом. Машинально я протянул к ней руку, поднял и обнаружил, что головной убор принадлежит Ясухару — внутри имелась метка.
Забегая вперед, скажу, что это была единственная кадетская фуражка в комнате, остальные, по всей видимости, «скушал» астрал.
Приподнявшись на локтях, я наскоро осмотрелся. В шаге от меня на полу лежал на спине Тоётоми. Японец по-прежнему крепко спал. Как и Златка — голова лже-Ивановой притулилась у Ясухару на плече, кончик одной из косичек едва не залез самураю в приоткрытый рот.
В какой-то другой ситуации это, пожалуй, смотрелось бы даже мило.
Муравьева стояла аккурат позади дрыхнувшей парочки, слегка согнувшись и придерживаясь рукой за неровную бревенчатую стену — у узкого окошка, за которым, судя по всему, занимался рассвет. Хотя, может, и наоборот, сумерки сгущались. Так или иначе, не видно там было ничего, кроме рваных клочьев белесого тумана и робких красноватых отблесков солнца на них.
Я обернулся в другую сторону: справа от меня Тереза держала за покалеченную руку Милану. Кровь фон Ливен ей, кажется, уже благополучно остановила, и теперь, похоже, пыталась вернуть утраченный палец. Пока безуспешно — и немудрено: как я слышал, приживить отрубленный перст для целителя — пустяк, а вот вырастить новый — задача не из легких. Увы, прежний мизинец молодой графини, судя по всему, остался в лифте.