Я пожал плечами и без спроса уселся в стоявшее перед столом хозяина кабинета кресло.
— В мире вечно случаются всяческие странности.
Профессор поднялся из-за стола, и меня будто в кресло вдавило.
— Ты продал им наполнение своего апогея?
Присутствия духа я не потерял и уточнил:
— Им — это кому?
— Не играй со мной, мальчик! — потребовал старик.
На меня повеяло липким чёрным жаром, грозящим вот-вот обернуться вспышкой яростного оранжа, но я ограничился лишь тем, что скрестил на груди руки.
Асессор ещё какое-то время буравил меня пристальным взглядом, потом вернулся за стол.
— Я всё равно обо всём узнаю! — объявил он зло.
— Нисколько в этом не сомневаюсь.
Профессор посмотрел оценивающе и вдруг поинтересовался:
— Ты говорил, тебя прокляли и даже дважды. Расскажешь, какого рода это были чары?
Я откинулся в кресле и озадаченно хмыкнул. Если о сделке с родом Пурпурного змея следовало помалкивать, то о проклятиях мог рассказать безбоязненно — тем более, что собеседник и без того уже кое-что о них знал. Кивнул сам себе, закинул удочку:
— Мне бы не помешал аркан, который можно поместить в опустевший апогей, и помощь с его… внедрением.
Чернояр покачал головой.
— Цена несоразмерна. Информация за информацию — так это работает, мальчик. Так и никак иначе!
Я кивнул.
— Хорошо! В библиотеке школы есть «Всеобъемлющее пособие для магистров и докторов медицинских наук по избавлению пациентов от высших проклятий…»
— «…включая наиболее сложные случаи», — перебил меня профессор. — И что с того?
— Информация за информацию, — пожал я плечами.
Лысый старикан на миг смежил веки, потом объявил:
— У тебя будет один день, чтобы ознакомиться с этим пособием.
Насмешки в голосе собеседника я не уловил — не иначе в карты тот блефовал просто мастерски. День, ха! Да это ж курам на смех! Тут и седмицы мало будет!
Но ни заявлять об этом, ни торговаться я не стал и лишь уточнил:
— Когда?
— Послезавтра.
Я кивнул.
— Договорились.
Профессор развёл руками.
— Ну и?
— Пурпур и чернота, — сказал я. — Доподлинно неизвестно, но вероятней всего мои проклятия имели то или иное отношение к боярским родам Багряной росы и Пурпурного змея…
В особые подробности я не вдавался, а вот на большую часть вопросов собеседника ответил хоть и уклончиво, но при этом предельно правдиво.
— Чернота и пурпур, — задумчиво проговорил в итоге профессор. — Очень интересно. — Он кивнул сам себе и небрежно махнул рукой. — Свободен!
Но я и не подумал подняться из кресла.
— А что с арканом для моего апогея?
— Подумаю об этом. Иди!
И то ли на сей раз Чернояр оказался слишком погружён в свои мысли, то ли попросту не потрудился скрыть эмоций, но тон его ясно дал понять, что ничего стоящего мне тут не предложат и к тому же попытаются ободрать как липку и за сам аркан, и за его внедрение в апогей. Но поделать с этим ничего было нельзя, иных вариантов выправить огрехи возвышения я попросту не видел, поэтому попрощался с хозяином кабинета со всем почтением.