Всю дорогу до дома придерживал своей волей новый силовой узел, а заодно размышлял над словами профессора. Нет, не профессора Чернояра, а деда Даны.
Тяп-ляп, на коленке. Тяп-ляп, на глазок.
На коленке, на глазок.
Может, так и надо? Может, справлюсь и сам?
Подвязал же малую печать воздаяния и кровавые руки без чьей-либо помощи! Неужто сам наполнить апогей не смогу? Смогу ведь! Точно смогу!
Только чем?
Где взять подходящий аркан чёрного аспекта, если всю собственную черноту скормил выпестованному Божаной проклятию? Попросить кого-нибудь себя проклясть? Вот уж и даром не надо. Да и не стоит суетиться раньше времени — может, в черноте ещё и не возникнет нужды. Для начала надо со своим новым аспектом разобраться.
Только нет — для начала меня попытались напоить. В гостиной застал всю братию в полном составе и невесть откуда взявшуюся тут Мару, и если пассия Дарьяна на моё появление никак не отреагировала, то крепко подвыпившие парни принялись обнимать и совать кружки с ромом. Насилу отбился.
— Не было никакой стычки! — предупредил я всех после того, как меня усадили за стол. — Забудьте!
Вьюн махнул рукой.
— Не было и не было! — Он вздохнул. — А мимо школьного турнира мы, получается, пролетели. Обидно, блин…
— Обидно, что силовые каналы «Репейника» сожгли и без малого движитель угробили, — буркнул Дарьян. — Ремонт самое меньшее в пару тысяч станет!
Кабан фыркнул.
— Зато аж пару аргументов забесплатно получили — плохо разве?
Кочан поморщился.
— Так это ещё в аспиранты прорваться надо!
Стремглав рассмеялся.
— Я уже все три подвязал! Мы со Стожаром махнулись: он мне свой церковный отдал, а ему мой боярский достанется!
— Не боярский, а тот, который они у школы Пылающего чертополоха выкупят, — поправил бывшего босяка Дарьян и мрачно добавил: — А мне ни тот, ни другой и даром не сдались!
— Поди, договоришься с боярами, чтобы они с какой другой школой столковались, — отметил я, принимая у Догады тарелку с овощным рагу.
— Подумаю, — буркнул книжник.
— За нас! — встал Кабан. — До дна!
— Угомонись! — осадила его жена, взяла початую бутылку рома и переставила её на другой конец стола.
Мы выпили, и Стремглав спросил:
— Серый, ты Острого видел?
— Угу, — кивнул я. — Он меня отсюда и забрал.
— И что?
— И ничего.
— Да? — удивился аспирант. — А на нас так орал, думали — его удар хватит!
Кабан хохотнул.
— Ну ты сравнил! То мы, а то Серый!
Стремглав насупился.
— Я дворянин и аспирант, между прочим. И вот!
Он припечатал к столу церковную бляху, все на неё так и вылупились.
— Монах⁈ — округлил глаза Вьюн. — Ёрш, ты постриг принял? С дуба рухнул⁈