— Я… за… заметил, — сказал я, подпрыгнув несколько раз.

Подполковник же был сама невозмутимость. Кажется, у него был какой-то встроенный демпфер колебаний, настолько сидел он, не подвергаясь воздействию тряски.

— Вот уже хорошая пошла дороженька, Родин, — сказал командир-десантник в тот момент, когда мы подлетели на очередной кочке.

Как по волшебству, после его слов тряски стало меньше, и УАЗ поехал ещё быстрее. Я взглянул на спидометр, желая чисто из любопытства узнать, с какой скоростью едет машина. Информативность этого прибора отсутствовала полностью — он не работал.

— Родин… а я слышал твою фамилию. Ты же недавно катапультировался и от духов больше часа отбивался, так ведь? — спросил подполковник, повернувшись ко мне.

— Врут, товарищ подполковник. Меньше часа. Хотя я уже и не помню, — ответил я.

— Да хоть 10 минут. В твоём случае, не имея навыков стрелкового боя, такая история — чистая фантастика. Ты где-то до авиации служил?

— Если только во сне, — улыбнулся я. — Повезло мне просто.

— Тогда, надеюсь, ты не потратил весь запас своей удачи в том бою, — сказал подполковник и повернулся лицом к дороге. — А чего такая срочность на самолёт?

— Товарищ подполковник, очень важный рейс, на который нужно попасть.

— Хотелось бы знать больше. Хоть не из-за девушки? — спросил десантник.

Вот, будет для подполковника сюрприз, когда узнает, что из-за неё родимой.

Тем временем, мы подъехали к шлагбауму, за которым был въезд на территорию аэродрома. Саму территорию лётного поля окружали три кольца обороны. Проблемы могли возникнуть только здесь, поскольку далеко не всех могут пропустить к самолётам.

После остановки машины, я быстро выскочил из кабины и направился к одному из бойцов. Он сразу мне указал на парня-казаха, выглядевшего очень грозно. Поверх тельняшки и разгрузки, одет так называемый «лифчик» — рюкзак с многочисленными карманами спереди, в которых можно было разместить повышенный запас магазинов к автомату. Эти военные атрибуты, бойцы сами изготавливали себе или добывали в качестве трофеев.

— Здравия желаю, сержант Беркалиев! — встретил меня боец, когда я представился ему. — На этой машине нельзя.

— Слушай, позарез надо. Туда и обратно. Давай на КДП позвоню, и дадут тебе команду.

— Ничего не знаю, товарищ лейтенант. Не положено! — громко сказал сержант. — Звоните в командование моего полка, и то, вам там никто не разрешит… Товарищ подполковник!

Сержант выпрямился в струнку, когда УАЗик подъехал ближе к шлагбауму.

— Беркалиев, сын степей! Батыр, ты мой! Чего шарамыжишься? — сказал подполковник, выглянув из кабины. — Машину мою не узнал?