Так, что пришлось остаться и слушать Арсения Борисовича.
— Любовь Васильевна, — начал тот, деловито намазывая кусок сосиски горчицей, — у меня к вам вопрос.
Я постаралась удержать лицо, чтобы не скривиться. Начало разговора мне уже не нравилось.
Хотя мне оно не нравилось ещё в коридоре.
Так что ничего хорошего я не ожидала.
— Слушаю вас, Арсений Борисович, — любезно сказала я и аккуратно помешала ложечкой сахар в чашке с чаем.
— Вы не подскажете, куда это постоянно отлучаются Ефим Фомич и Фёдор Степанович? — приветливым тоном спросил Благообразный.
Я еле-еле удержалась, чтобы ложечка не выпала у меня из рук.
Но вслух сказала:
— Отлучаться разве запрещено? Вы же сами сказали, что свободное время можно использовать по собственному усмотрению.
— Но они уходят в слишком позднее время, — мягко упрекнул Арсений Борисович и откусил кусочек сосиски. — Театры и магазины уже не работают.
— Может, просто по улицам гуляют, — любезным голосом ответила я и потянула к себе тарелку с сырниками.
— Каждую ночь? — кривовато усмехнулся старейшина.
— Почему нет? — максимально равнодушно пожала плечами я и принялась увлечённо пилить ножиком сырник.
— Сомнительно! — возразил Благообразный и уставился своими проницательными рыбьими глазами на меня.
Я чуть куском сырника не подавилась.
— Так вы не подскажите? — опять спросил он.
Вот прицепился, гад!
Я крошила бедный сырник на мелкие кусочки, словно вивисектор. Когда сырники закончились, я принялась резать пончик.
Благообразный внимательно наблюдал, демонстративно ожидая моего ответа.
Наконец, и сырники, и пончики закончились, на тарелке была горка резанного теста, пауза явно затянулась, и отвечать что-то было надо.
И я брякнула:
— Да бабу они завели!
Глава 8
— Неужели? — Арсений Борисович явно мне не поверил, — одну на двоих, что ли?
Мда. Вот брякнула, так брякнула. Неудобно как получилось. Ну, а что я могла придумать вот так на ходу? И чтобы было правдоподобно?
Теперь придётся как-то выкручиваться.
— Понятия не имею, — как можно более равнодушно пожала плечами я, — что слушала, о том и говорю. А вот насколько это правда — не представляю. Свечку, как говорится, не держала. Но, думаю, дыма без огня не бывает.
Староста недоверчиво посмотрел на меня, но не сказал ничего.
А я принялась торопливо доедать.
— Материалы и вопросы по докладу вам принесут во второй половине дня, — добавил Арсений Борисович.
Я кивнула. Остаток завтрака прошел в молчании.
Сегодняшний день я планировала посвятить составлению текстов для Ксюши. Ещё пока было непонятно — она остается работать в типографии, или ей придётся чуть позже вернуться. Поэтому я и хотела на всякий случай набросать хотя бы пару текстов.