— Считаешь меня дураком? Следовало извиниться и вернуть беглянок хозяину?

— Как минимум, следовало подумать. С чего ты решил, что они галлийки? Сами сказали? Забыл, кем ты со своим приятелем представлялся, когда мы познакомились?

Хороший вопрос. Действительно, с чего бы? Да, говорят без акцента. Да, по внешности — европейки, но что это доказывает? Ни разу не видел, чтобы молились, как положено последователям Всевышнего? Тоже, в общем-то не аргумент. Что еще? Хм… а ведь и впрямь, хозяин отыскал их быстро, но не сразу. Шел по следам? Несерьезно, какие следы на исхоженных стамбульских улицах. Спрашивал прохожих? Ночью, когда добрые горожане нос из дома не высовывают, только разбойники шастают.

Кстати, разбойников-то в ту ночь было много, подобно обнаглевшим тараканам повылезали они из всех грязных трущоб великого города. Совпадение? Как знать, как знать. Пираты-то не просто так на их пинк напали, прямой приказ их капитан получил на розыск первого секретаря галлийского посольства и его жены, о чем подробно и поведал перед смертью. Лютой, конечно, ну так сам виноват.

Только вот Делал о том не знает, не рассказывал он, расстраивать не хотел. К тому же почтовый голубь с шебеки был отправлен с уведомлением, что разыскиваемых на борту пинка «Счастливый» нет. Однако любезная супруга явно готовится огорошить увесистым аргументом, или он ее и не знает вовсе. Так что же он упустил?

— Когда там было думать? Забыла? Да и… спасибо еще надо сказать тем милым соседям, от которых мы сбежали — ты же слышала, как в наш дом и другая команда пошла. Серьезная и, несомненно, точно знавшая кто и зачем им нужен. От этих бы мы так легко не отделались. Думаю, когда доберемся до Галлии, тогда и будем разбираться со всеми непонятками.

— Если доберемся, — ирония полностью исчезла из голоса Делал. — Уверен, что нам позволят?

Час от часу не легче!

— Что ты имеешь ввиду?

— Начнем с того, что эти курицы не верят в Спасителя.

Чего⁈ Д,Оффуа не задал этот вопрос, но по вытянувшемуся лицу все и так было понятно.

— Они ни разу не осенили себя знаком Спасителя, а у вас это в крови. Даже ты, принявший учение Пророка, им пользуешься, даже не замечая этого. А уж эти, похищенные, обращенные в рабство, на кого еще им уповать?

— Ну… мало ли… как-то не очень убедительно…

— Их взгляды? Хоть раз они посмотрели тебе в глаза?

— Ну это здесь причем? Помнится, в Тунисе ты, как раз, взгляд и не прятала.

— И едва не спалилась перед стражниками. Не положено женщине смотреть в глаза мужчинам! Если, конечно, она не дочь властителя, пусть и свергнутого. Как я, например. Всем остальным девочкам с детства вдалбливают: нельзя, не положено, Пророк не велит, вот и опускают взгляд. Это дома, за закрытыми дверями жена может нерадивому мужу хоть казан на голову надеть, но на людях — никогда!