Когда Зигрид узнал про дополнительное финансирование своей стройки, он прямо расцвёл:

— Товарищ Милославский, вы выбили дополнительные фонды! Ура! Теперь мы сможем взять на себя повышенные обязательства и сдать объект всесоюзного значения на полгода раньше срока, приурочив это трудовое свершение к дню рождения Ленинского комсомола! — на самом деле говорил он не совсем это, но смысл был тот же. Архитектор пообещал запустить отделочников на первые этажи, не дожидаясь завершения строительства тела цитадели.

Я не большой специалист, а если учитывать скальное основание и толщину стен — уверен, что донжон усадку не даст. Поэтому дал добро на отделку своего логова, не дожидаясь полного окончания постройки стен. И вообще, если Зигриду в этом вопросе не доверять, то тогда кому? Хорошо мы с ним сработались — от меня финансирование и свобода действий, от него результат. Причем результат потом, а деньги сейчас. Все бы как я были заказчики, глядишь, строители бы и не пили по-черному, и не матерились на работе. А еще мы друг в друга верим. Я просто так, по рекомендациям уважаемых людей. А Зигрид — на опыте общения со мной. А всего-то, изредка парой слов решать сложные проблемы, вроде сегодняшней ситауции:

— Жорж, у нас проблема. В одном месте вагоны часто опрокидываются с грузом. Медленнее ехать нельзя, тогда на взгорок вагон не заскакивает, а как со скоростью возница не угадывает — сразу набок!

— Ну пойдем смотреть на месте. Значит, с лошадью порожняком и на маленькой скорости не падают?

— Не падают. Уже одного возницу потеряли, вагонов пару сильно поломали… Надо что-то думать.

Оказавшись на заколдованном месте, я сразу понял причину — относительно резкий поворот деревянной дороги, обходящей крутой холм. Про центробежную силу люди или не знают, или забыли, чему в школе учили. Пришлось разъяснять:

— Зигрид, как маг земли поработай чуток. Вот тут приподними землю, чтоб эта сторона дороги вместе с рельсом была чуть выше.

— Вагон косо ехать будет же.

— Нам того и надо. Ты пращу видел? Та же сила действует и на вагон на повороте — пытается его кинуть вбок.

— Ага. И иногда у неё это получается, когда скорость большая. Сейчас сделаю. Жорж, скажи только, на сколько.

Пришлось их подручных средств создавать путейский уровень — доску положили на рельсы, сверху стакан с вином, наполненный до краёв. Зигрид по капельке поднимает, я смотрю на стакан. Как вино пролилось — остановка. А на глазок такие серьёзные вещи не делаются, и впрямь можно чрезмерно завысить наружную рельсовую нитку, вагоны опять падать начнут. Серьёзное дело, между прочим, а не аттракцион для скучающих барышень. Или аттракцион? Короче говоря, один вагон вымели от каменной крошки, накидали ковров и подушек, посадили на козлы самого опытного возницу. Когда я со свитой объезжал производственные и строительные объекты, мы заглянули на рудник. Обратно в строящийся замок мы вчетвером, то есть я, оруженосец и сёстры, приехали по деревянной дороге. С визгом, смехом, с ветерком и без происшествий. На прямых участках пути возница с моего разрешения разгонялся до совершенно безумной скорости. По меркам этого мира, конечно. Пока тут самый быстрый транспорт — карета, запряженная шестеркой лошадей. Весело получилось, одно напрягает — вдруг местные начнут тоже эдаким манером развлекаться? Они ж мне всю транспортную инфраструктуру убьют. Да и сами поубиваются, мозгов же у всех вот столечко!