Десяток, натренированный и состоящий из быстрых и умных бойцов, уже прикинул, что будет дальше. Никто не стал ждать, охранники не просто экипировались, а натянули тетивы на арбалетах и положили в канавки бронебойные стрелы. Мне подвели коня, чтоб усилить позицию своего сюзерена. Даже сёстры не остались в стороне, обе подошли к своим уже осёдланным лошадкам, в седельных кобурах которых всегда торчали изготовленные к стрельбе пистоли. Они же бабахи короткие, они же жезлы боевые. Не смотря на явные приготовления к бою, мой оруженосец пока не ловил мышей и не напрягался, зато Доркин, потихоньку уже въезжающий в службу, подтянулся к десятку охраны и тоже готовился к возможной драке. Хотя, судя по лицу, он еще не понял причину кипеша. Ничего, научится предугадывать намерения сюзерена, если голова на плечах. Утро переставало быть томным для моей свиты, у приданной баталии пока всё было здорово.
Глава 12 Уроки магии
Кивнув головой в сторону старосты и показав ему рукой место, следующим жестом отдал команду Ионану позвать ко мне дер Винера. Уже пару жизней назад заметил за собой странную особенность: порой накатывает нежелание разговаривать без крайней нужды. Видать, впечатлил фильм «Догма», где режиссёр сыграл роль Молчаливого Боба. Тот персонаж лихо изъяснялся со всеми пожиманием плеч, бровями, вялым покачиванием пальцев. Так впечатлился, что порой стал использовать в общении эту фишку. Вот как сейчас. Но не всегда так получается, собеседник должен быть умным и старым знакомым. Сейчас особенно не та ситуация, так что напрягаем голосовые связки:
— Хенрик, постройте баталию!
— Сейчас сделаем, ваше сиятельство! А в чём дело?
— А вот сейчас и узнаете все. Чтоб я по два раза не повторял.
— Баталия, строим оборонительную формацию без оружия! Короче говоря, вам сказано строиться! Кранц, организовывай построение! — Вот, это начинает походить на ту армию, к которой я привык в прошлых жизнях. А то воевать, понимаешь, их научили, а строем стоять не умеют.
— Бойцы! В начале нашего броска я предупреждал, что на моих землях грабить моих вассалов чревато смертью. Кто-то не понял. Все участвовавшие в ночном разбое, выйти передо мной!
— Что, ваш-сясьтво, казнить будешь за овцу?
— За овцу и двух тёлок! Сроду такого не было!
Из строя так никто и не вышел, но с коня мне было видно, что кричащие стоят компактно, видимо на ночной кипеш ходил весь десяток, слаженный и спитый. Кстати говоря, они и выглядели несколько иначе — лица помятые, не отоспавшиеся после ночного блуда, еще и глаза похмельные.