Кстати, как и в большинстве общественных питейных заведений — в этом существует запрет на обладание длинноклинковым оружием. То есть — хочешь выпить, закусить — снимаешь меч, проходишь с ним к месту хранения (что-то вроде стеллажа с ячейками), и свою железяку там оставляешь. Или же оставляешь ее в комнате — если снял эту самую комнату. Ну а пока сидишь и питаешься — следишь, чтобы меч не уперли.

Вообще-то хорошее правило. Народ фронтира буйный, чуть что — хватается за оружие, так что лучше, если это оружие будет покороче (Ножи и кинжалы никто не сдает). Тогда возможно что работы по уборке крови и трупов будет хоть немного, но поменьше.

Вместо меча я взял с собой в зал гитару. В комнате тесно, всем сразу не поместиться, а я решил побаловать свою компанию музицированием. Обещал бабуле — она слышала, что я недурно исполняю всякую…хмм…в общем — решила меня послушать. Зачем это ей надо — не знаю. Может для того, чтобы понять образ мыслей «вселенца»? Она-то знает, что я совсем не Келлан, а что-то вроде мозгового паразита, неизвестной силой подсаженного в мозг любимого внука.

Утрирую, конечно…не такой уж и любимый был этот Келлан. Бабуля его и видела-то…пару раз от силы. Разругалась с моими родителями, вот и результат. Не появился я бы у нее — она и спрашивать никого бы не стало: «Куда подевался мой внук Келлан?». Он был ей просто-напросто неинтересен.

Трактир — ничего в нем нет удивительного. Большой зал, освещенный магическими светильниками (вот как развивать атомную энергетику, если у тебя есть такие светильники?!), тяжелые, видимо дубовые столы и стулья. Темные, вытертые руками поколений и поколений людей, персонала и посетителей — по здешней трактирной привычке мебель сделана так, чтобы ее не то что поднять, сдвинуть было бы проблематично. А если все-таки поднял и метнул — можно было бы снести половину армии захватчиков, но не потерпеть ущерба для снаряда. Крепко сделано, на века.

Ну и в остальном — окно на кухню, широкая барная стойка для тех, кто не хочет есть, а ему надо только остограммиться, либо выдуть кружку пива с устатку и жары. Подавальщицы — здесь это рабыни, в основном удивительно страшные, можно сказать до уродства. Видимо трактирщик накупил на распродаже из числа тех, кого не смогли продать торговцы живым товаром. Работать могут, голова соображает, а то, что один глаз смотрит вправо, другой влево — кого волнует? Главное — поднос умеет донести не опрокинув на посетителя, и деньги принять по счету, в остальном — кому какое дело, как выглядит официантка? Красивую нужно? Шлюшку захотел? Вон они — целая толпа человек в десять азартно режутся в кости возле охранника, седеющего мужика двухметрового роста, руки которого толщиной с ногу Фелны. Девки симпатичные, есть даже красивые, но как и всегда — меня лично от них отпугивает атмосфера порока. Как подумаешь, что до меня на нее влезало как минимум батальон всяческого человеческого сброда — и сразу девица не кажется такой уж красивой.