— Это не так легко сделать. Приказы передает фельдъегерь, и к тому же приказы и распоряжения скрепляются особой полковой печатью. Нам нужны образцы почерков для фальсификации писем и компромата на высший командный состав британской армии.

— Поддельные письма?

— Именно. Секретная служба проверяет восемь из десяти писем, особенно от военных. Представьте, они начнут отслеживать письма и узнают о пессимистичных настроениях в войсках, о плохой комплектации и больших потерях личного состава… но все письма они отслеживать не в силах…

— Общественный резонанс?

— Общественность в Англии чутко реагирует на все промахи британской армии. Поверьте, далеко не все даже в Палате Лордов хотели этой войны.

— Но секретная служба или не пропустит компрометирующее письмо или возьмет на карандаш автора письма.

— Компрометация британских военных пойдет нам на пользу. Пусть грызутся как пауки в банке.

— Неужели у вас такой большой штат сотрудников, чтобы заниматься письмами?

Редклиф усмехнулся:

— Не очень большой. Но многие из моих людей иногда даже не догадываются, на кого действительно работают. За двенадцать лет я создал неплохую структуру.

— Что же… если это послужит нашей скорейшей победе… как мне найти эту генеральшу?

— Послезавтра выставка картин возле Исторического музея. Миссис Рауттер наверняка не пропустит это мероприятие. Оденьтесь посолиднее и постарайтесь на выставке очаровать вдову.

— Скажите, а как дела у нашего общего друга? Вот уже месяц я ничего не слышал о мистере Мельбурне.

— По нашим сведениям, скоро он вернется из Валахии. Кстати, несколько дней назад погиб Санни Скорцелли.

— Санни… как он погиб?

— Его задержала охрана при попытке хищения технических документов. За парня сразу взялась секретная служба. Санни даже поместили в военной тюрьме. Парня застрелили при попытке к бегству…

— Печально. Санни был хорошим парнем.

— Мистер Мельбурн говорил, что у него имелся еще один помощник.

— Сэм? Он лопух и простофиля. Джеймс давно уже прогнал его… к тому же Сэма не посвящали в наши дела.

— Думаю агенты Секретной службы наверняка заподозрили Мельбурна, ведь именно он просил инженера Лонгмана устроить Санни на завод.

— Здесь нет ничего компрометирующего. Думаю Санни на допросе и словом не обмолвился. Я хорошо знаю людей.

Редкиф задумался:

— Разумовский, я давно хотел вас спросить. Ведь вы с Андреем Ивановичем были злейшими врагами. Даже когда-то стреляли в него… Как думаете, почему он встретил вас на Мадейре и все же решил забрать с собой?

Разумовский улыбнулся:

— Вы слишком долгое время провели в Англии, мистер Редклиф, и уже начинаете забывать о загадочной русской душе.