— Офигеть, — восхищённо сказала Вероника, глядя, как втягиваются стебельки травы обратно в щели между досок.

— Из них ещё и отличные качели получаются… — шепнула дриада девушке.

— Правда? А можно покататься? — молитвенно сложив ручки, выпрашивала Вероника. — Сто лет на качелях не качалась!

— А катапульту? — Агнес дёргала Машу за локоть. — Катапульту можешь сделать?

Дриада засмеялась, польщённая таким вниманием. В щекам прилил тёмно-зелёный румянец.

— Так, цыц! — рыкнул я. — Оставьте дриаду в покое, мы и так с ноги ворвались в её жизнь.

— Опять весь кайф обломал, — вздохнула Агнес и села на подлокотник кресла.

В него только что опустилась Вероника и поставила локти на колени, положив на сцепленные ладони подбородок. Лицо при этом сделала грустное, будто огромный леденец у неё отобрали. Гоблинша погладила её по голове.

Милота-то какая. А с Лакроссой сегодня поругались. Но, думается мне, что скорее в шутку.

— Поговорим? — я кивком головы показал дриаде на кухню.

Мы вышли из комнаты и прикрыли за собой дверь. Кухня оказалась маленькой. Для меня тем более. Повернусь в сторону — и обязательно чайник с плиты собью или кухонный стол переверну. Газа у неё здесь явно не было, так что плита топилась дровами. Наверно, её правильнее будет назвать печкой.

В два маленьких окошка проникал солнечный свет, на стенах висели шкафчики, а между ними, напротив одного из окон, тянулось несколько верёвок с сохнущими травами. Довольно редкими, надо заметить. Ну, для дриады это неудивительно.

— У тебя хорошая компания, Дубов, — сказала Маша, присаживаясь на стол и наливая две чашки чая.

Чай был травяной и ужасно вкусный. Отличался от того, который они приготовили с Вероникой. Я сделал осторожный глоток и прислушался к внутренним ощущениям. Нет, всё чисто. Хороший чай из полезных трав. Даже как будто немного маны в нём имелось. Но откуда?

— Секретный ингредиент, — подмигнула мне дриада. Заметила, как я гоняю во рту горячую жидкость, пробуя на вкус.

— Какой?

— На то он и секретный, чтобы ты не знал. — Маша пожала плечами и прикрыла ресницы, грея ладони о чашку. Потом нахмурилась, вспомним о чём-то. — Побочные эффекты после Берсерка сильно ударят по… как её зовут? Лакросса?

Я кивнул:

— Другого выбора не было. Либо смерть, либо просто жёсткое похмелье. По-моему, тут всё очевидно.

— Пожалуй, ты прав. Никогда не видела, чтобы кто-то так заботился о простой подруге.

— С мужиками у тебя тут не густо, так что откуда тебе это знать? — пожал я плечами.

Она мотнула головой, и волосы, похожие на крохотных змеек из лиан, рассыпались по плечам.