Эльфы не находят минотавров привлекательными, так что судьба взрослых мужчин и женщин была примерно одинакова — арена. Кто выживал в сотне боев со всякими тварями и воинами других рас, того, чаще всего, отправляли в трудовые лагеря. Добывать камень, выращивать еду и прочее. Из моей семьи выжили только я и дядя. Мой брат, сестра, мать и отец остались на песке той проклятой арены. А потом были долгие годы каторги, на которой вы нас и нашли. Что стало с остальной частью племени, с детьми и стариками, я не знаю до сих пор, но слухи ходили разные.

— Не такая захватывающая, как у тебя, история, не правда ли? — грустно усмехнулась Десма.

— Вам есть куда пойти потом? — спросил я, после некоторого молчания.

— Мы хотим вернуться в родные степи. Любое племя нас примет. На месть у нас просто не осталось ни сил, ни желания.

Еще некоторое время мы просто молча сидели рядом…

В какой-то момент я даже начал тихонько подремывать, но тут какой-то резкий звонок заставил меня подскочить и непонимающе оглядеться. Слегка заторможенный разум не сразу осознал, что этот противный звук раздавался исключительно в моей голове и являлся оповещением о нарушении.

«Прима?»

«Один нарушитель. Тот самый зверолюд. Больше никого не наблюдаю».

— Десма, буди отряд, у нас гости, — скомандовал я, срываясь с места.

Оповещений сигналки и подсказок Примы мне было достаточно, чтобы уверенно определить местоположение зверолюда.

«Нарушитель быстро удаляется. Видимо, засек тебя или магическую сеть».

— Уже не уйдет, — оскалился я.

Мне уже не требовались подсказки жупи или магия. Хватало моего носа, который уверенно вел меня по свежему следу. А уж у кого первым кончится выносливость, у меня или добычи, вопрос даже не стоял. Уже через несколько минут погони впереди между стволами замелькал пушистый черный хвост.

От жертвы возбуждающе пахло страхом. Оскалившись и негромко зарычав, я припал на четвереньки и в три прыжка настиг цель. Когти почти ухватились за голую спину бегущего. В последний момент он отклонился в сторону и перекувыркнулся через голову. На мгновение мы замерли друг напротив друга, припав на четвереньках к земле и оценивающе разглядывая оппонента.

Это был молодой парень, лет семнадцати на вид. Абсолютно голый, довольно тощий и бледный, он имел длинные пушистые черные волосы и лисий хвост. Из волос торчала пара звериных ушей, а на руках были когти, почти не уступающие моим.

Через секунду, поняв, что ему от меня не сбежать, он выгнул спину и оскалил почти человеческие, слегка заостренные зубки, сверкая красными глазами с вертикальными зрачками. Хвост у него встал трубой, и послышалось отчетливое угрожающее рычание.