* * *

Темно-синий седан плавно свернул с дороги и остановился у строгого, но ухоженного здания, больше напоминавшего загородную виллу, чем место, где вращаются миллионы. Над входом — старинная латунная табличка с выбитыми буквами: «Kunst Werte GmbH. Seit 1892.»(«ООО» Искусство и ценности «. С 1892 года»). Под ней — свежепригвождённый кусок бумаги с надписью «Private Auction. Zugang nur auf Einladung.»(«Частный аукцион. Доступ только по приглашению».)

— Приехали, — сухо сказал Вальтер, накидывая на плечи лёгкий плащ и проверяя портфель с документами.

— Удачи, — кивнул генерал. — Мы рядом, в ближайшем кафе, генерал кивнул на летнюю площадку под деревьями.

Хлопнули закрываемые двери машины и мы разошлись в разные стороны.

Пройдя несколько шагов, я произнес:

— «Мухи» уже внутри. Сигнал идёт. Будем наблюдать в прямом эфире.

Генерал ничего не ответил — лишь на мгновение задержал на мне взгляд, в котором читалось и напряжение, и азарт. Вальтер тем временем скрылся за резной дверью.

* * *

Плетёная мебель, фарфоровые чашки, лёгкий аромат ванили и какао в воздухе. Филипп Иванович потягивал крепкий эспрессо, Костя лениво размешивал лимонад с мятой. Оба сидели, будто туристы, случайно забредшие в летнее кафе.

Но на внутреннем экране нейроинтерфейса шёл прямой репортаж, как говорят журналисты. Птиц там не было. Только люди, деньги и золото.

* * *

Камеры «Мух» плавно двигались по линии потолочных карнизов, транслируя картинку с идеальной стабилизацией. Помещение — в духе швейцарского модерна: камень, дерево, стекло, минимум декора, максимум статуса.

Публика достаточно многочисленная: сорок, максимум сорок пять человек. Зал явно расчитан на меньшее количество людей, поэтому посадка плотная, сидят бедро к бедру. Двое в костюмах от Brioni, трое — явно представители ближневосточного капитала. Пожилая пара — скорее всего наследники какого-то торгового дома. И среди них всех выделялся один — человек лет пятидесяти, в сером твиде и с холодными глазами. ПОКУПАТЕЛЬ.

Сбоку — стол с тремя телефонными аппаратами. Их обслуживали женщины в одинаковых серых платьях и с причёсками «под Женеву» — связь с «внешними» клиентами.

На другом краю зала — знакомое лицо: управляющий банка, в котором обслуживается наш фонд «Долголетие». Он бросил в сторону Вальтера короткий взгляд и кивнул.

Вальтер сел на своё место. Легко. Спокойно. Его табличка на столе гласила: «Herr Müller. Konsultant.»(«господин Мюллер. Консультант.»).

Ведущий аукциона — высокий мужчина с бледной кожей и шрамом на подбородке — взял в руки молоток.