Измайлов вздохнул, хлопнул меня по плечу и добавил:
— Но ты, Костя, молодец. Без тебя, мы бы даже ниточку не ухватили. А теперь — хоть и тонкая, но есть. Только тянуть надо очень аккуратно.
Он пошёл к калитке. Перед тем как выйти, оглянулся:
— И да, скажи своей — отличные у вас были креветки. Ей огромное спасибо.
Я кивнул и остался в манговой тени, провожая его взглядом.
Тень сгущалась. А в голове всё крутилась одна мысль: полковник ушёл… но далеко и надолго ли?
Глава 12
Остатки моего кофе на донышке давно остыли, а вечер окончательно затих в тропической тишине.
Я вернулся в дом и плеснул себе полстакана воды. Не рома — не тот случай. Прошёл в спальню, тихо прикрыл дверь, чтобы не разбудить Инну, и вернулся в гостиную. Там, в привычном углу под потолком, зависал активированный интерфейс.
— «Друг»… — позвал я.
— Я на связи, — отозвался чёткий и без эмоций, отлично знакомый голос,. — Уровень шифрования: «белый шум». Коммуникации подавлены. Можно говорить свободно.
Я сел в кресло, потёр лоб.
— Что скажешь о нашем полковнике?
— Анализ его действий за последнее время, как на борту судна, так и во время прибывания в Гаване указывает на поведение человека, осознающего угрозу разоблачения. Однако он ни разу не допустил прямого контакта с внешними агентами. Осторожность запредельная. Никакой спешки. Никаких следов.
— Думаешь, он работает на запад?
— Вероятность высокая — 76,3%, с учётом косвенных улик. Но нет прямого доказательства. Ни одной ключевой фразы, ни одного характерного жеста, ни какой зацепки на материальную заинтересованность.
— А девчонка?
— Сложно сказать. Вероятнее всего — использована им в тёмную. Хотя возможен и симбиоз: романтическая связь, скрытая мотивация, обида на систему… Выборка слишком мала.
— Значит, я зря тогда всё это мутил с кассетой?
— Нет. Демонстрация компромата изменила его линию поведения. Он прекратил попытки сближения с Инной. Стал намного осторожнее. Психологически — отступил, и сделал очень правильно. Пока он не разберется с тем, как ты смог произвести видиозапись в его каюте, он будет прельно осторожен. Возможно, когда он прибудет в Москву, он расслабится… Но думаю это произойдет не сразу.
Я вздохнул. Тишина повисла в комнате. Только лёгкий шум вечернего воздуха за распахнутой форточкой.
— «Друг», запомни его. Полковник КГБ. Примерный возраст — около пятидесяти. Знаешь, о ком речь.
— Уже внесён в приоритетный список наблюдения. Метка: «Возможный предатель. Код 14-С».
— Хорошо. Пусть пока живёт. Но когда, уточняю — не «если», а «когда» — он вылезет, чтобы снова сделать ход… будь готов.