Все это генерал сформулировал мгновенно. Процедуры и нейроинтерфейс заметно увеличили его мозговую активность.

Я встал, подошёл к доске в углу. На ней — наброски планов, даты, порты, имена. Всё это после слов генерала, логично складывалось в одну картину.

— «Друг», запускаем протокол «Каменная Змея». Подтверди готовность к разведывательной фазе.

— Готовность через три часа. Местные погодные условия — оптимальные. Спутники США уйдут с орбиты наблюдения в течение 26 минут. Есть окно.

— Отлично. Тогда по плану.

«Друг» притих, но я знал — это тишина перед настоящей работой.

Я налил себе кофе и выдохнул. На бумаге — всё красиво. Но реальность не знает черновиков. Только чистовик, где цена ошибки — слишком высока.

Сандино в своё время говорил: «Москит опаснее пули, если знает куда кусать».

* * *

Атлантический океан,

250 миль к западу от Лиссабона

20:17 по судовому времени

Штурман Йонатан «Йони» Леви поднялся на капитанский мостик, поправляя потёртую кепку с выцветшим логотипом «Panama Maritime». В прошлом штурман-навигатор в ВМФ Израиля, во время рейда на Бейрут в 1982, самовольно изменил курс во время операции, и был уволен за «недисциплинированность».

Внизу, в трюме, гремели цепи — последние ящики с «сельхозинвентарем» укладывали под брезент. На палубе пахло солью и мазутом.

— Капитан, всё готово. Курс на Бендер-Аббас, как договаривались, — доложил он, но капитан Арик «Балу» Бен-Давид не ответил. Он смотрел в потертый бинокль на горизонт, где вечернее солнце превратилось в кровавую дыру.

— Ты видишь это? — капитан протянул бинокль.

Йони прижал холодный металл к глазам. На фоне багрового неба, прямо по курсу, зависло нечто. Не самолёт, не спутник — угловатый силуэт, похожий на перевёрнутую пирамиду. От него исходило мерцание, будто струи перегретого воздуха.

— Что за чёрт…

Судовой радар Furuno FR-825 захлебнулся в помехах. На экране — только хаотичные зелёные точки.

— Где наш эскорт? — закричал механик Сами «Дизель» Хадад, выбегая из рубки.

Эскорт. Два катера «береговой охраны», которые должны были сопровождать их первые 300 миль, исчезли. Радио молчало — ни статики, ни SOS. Только гудящая тишина, будто весь эфир выключили.

Пирамида приблизилась. Теперь её было видно невооружённым глазом.

Капитан схватил рацию:

— Mayday, Mayday! Это «Atlantic Star»! Нас атакует…

Но договорить не успел, с неба ударил луч. Не свет, не плазма — что-то иное. Он разрезал палубу, как нож масло, но не оставил после этого огня. Металл, дерево, тросы — всё, к чему прикоснулся луч, исчезало, превращаясь в серую пыль.