— Почему?
— Я уже говорил, им лучше чтобы «Морган» «случайно» нашелся в Северном море. Тогда многие жопы останутся на своих местах…
В углу нейроинтерфейса замигал индикатор. «Друг» вывел на экран последнее сообщение от дрона:
«Обнаружены обломки „Мэрин Эксплорер“. Биосканирование: следов Штайнера нет. p.s. В квадрате 14-B замечена подлодка типа „Лос-Анджелес“. Курс — северо-западный.»
— Вот и ответ, — прошептал Костя. — Они ищут своего учёного… и, или «Моргана».
— Передай для «Помощника»: глушить все их сонары. Пусть думают, что у нас тут магнитная аномалия. Если янки рискнут подойти к нашим водам…
Он допил смесь одним глотком.
— … пусть вспомнят, что случилось с «Олимпом» или «Гавиотой»! И… — он потянулся за сигарой, — надо найти «рыбацкий катер» для Эстебана. С японским мотором.
Измайлов налил в стакан тёмного кубинского рома, разбавил его кофе из термоса и поднял напиток к свету.
— Тогда начинаем игру. «Друг», готовь устройство типа американское.
— И еще напомни мне… дать команду Иванихин: пусть усиливает «амнезию» у «Акул». А я пошел писать — чем больше бумажек, тем чище задница…
* * *
Секретный бункер
центра радиоперехвата
Комната №7. 04:55 утра
Генерал Измайлов запер дверь на механический замок, помещения не раз проверенное на отсутствие «жучков». В комнате — только стол, сейфовый шкаф 1956 года выпуска и старый проектор «Луч» с ручной зарядкой.
Черновик рапорта он подробно расписал в блокноте нейроинтерфейса — удобная вещь!
Раздался стук в дверь — три коротких, два длинных. — Входи. Дежурный офицер передал пакет с грифом «Срочно. Лично в руки». Внутри — фото американской атомной подлодки у берегов Пинар-дель-Рио.
— Когда? — Час назад. Идёт малым ходом, гидроакустику не использует.
Когда офицер вышел, в сейф лег только что написанный рапорт. Ключ повернулся с щелчком.
Так рождаются легенды, — подумал он, глядя на карту, где красная булавка уже воткнулась в квадрат с подписью «SSN-685».
* * *
Прибор был произведением искусства. «Помощник» на орбите постарался. Радиодетали — исключительно американского образца, маркировка — 1980–1981 год. Всё собрано согласно архитектуре спутникового маяка, имело слегка побитый, матовый корпус с потёртостями, след удара о воду стилизованный под морскую эксплуатацию, как будто сгоревший, край клеймо «Lockheed Martin» и номерной шильдик, полустёртый — «Property of NAVY — Propulsion Test Unit».
При вскрытии, будут присутствовать даже следы «ремонта» — намеренно слегка криво припаянные провода и нарушенная краска под болтами крепления.
Костя Борисенок аккуратно укладывал последний модуль «американского прибора», только что прибывшего с орбиты, в черный, обтекаемый корпус устройства. Перед ним на столе лежали реальные схемы, добытые агентурой в General Electric, Honeywell, Edo Corporation и других ведущих разработчиков этого класса оборудования, на элементной базе Texas Instruments с использованием мейнфреймов и специализированных DSP-процессоров еще два года назад — аутентичные чертежи американского сонарного контроллера AN/SQQ-17, модифицированного для работы с автономными подводными аппаратами.