Я чувствовал и видел, как дрогнула, замигала и начала гаснуть его энергетическая система. Павел отчаянно закричал. А затем упал на землю, выронив Юшен. Хули-цзин распласталась неподвижно, словно кукла.
Мантикоры рвали моего брата на куски, кровь била фонтанами. Павел скастовал молнию, но это было последней агонией. Одна из тварей вонзилась зубы ему в глотку, схватила когтями голову и оторвала её!
Я вышел из боевого транса. Взглянув на Алёну, понял, что она ещё жива и даже в сознании. Мои руки были мокры от её крови.
— Держись, сестрёнка! — прошептал я дрогнувшим голосом. — Не умирай!
Её бледные губы тронула слабая неуверенная улыбка.
— Ни за что! — проговорила она едва слышно. — Я тебя не оставлю… Мой князь… А что с Пашей?
— Он мёртв. Прости.
— Нет…
Юшен приподнялась, опираясь на локти. Нашла нас взглядом.
— Ты как? — спросил я.
Она кивнула.
— Нормально… кажется. Этот парень меня едва не прикончил!
— Нужно кое-кто посильнее обычной магии, чтобы убить создание Пустоши.
Лисица усмехнулась и встала на колени. Затем поднялась на ноги.
— Что с ней? — спросила она, имея в виду Алёну.
— Ранена. Нужно прижечь рану. Сможешь?
— Конечно.
Хули-цзин, покачиваясь, направилась к нам.
— Костя… — окликнула меня сестра.
Я опустил взгляд.
— Сейчас мы тебе поможем. Всё будет хорошо.
— Похоже… теперь всё это твоё! — прошептала Алёна.
Не сразу я сообразил, что она имеет в виду особняк и прочее, принадлежавшее роду Белозёровых-Оболонских.
— Это неважно, — ответил я. — Главное, чтобы с тобой всё было в порядке.
— Переверните её, господин, — сказала Юшен. — Вот так. Лучше положите. Рана серьёзная… Кровь я остановлю, но тут явно есть внутреннее кровотечение.
Она провела по спине Алёны, вспыхнул огонь, и девушка вскрикнула от боли. Кровь запеклась, но хули-цзин была права: моя сестра умирала на моих глазах.
Невольно нахлынули воспоминания: кровь в дождевой воде. Шесть человек на асфальте. Вывороченные, торчащие из плоти кости, слипшиеся волосы, стеклянные глаза, в которых застыли удивление и ужас. И белая фигурка, приткнувшаяся к тротуару…
Нет, я не могу допустить, чтобы это повторилось!
Сквозь мои зубы вырвался стон отчаяния.
— Господин? — окликнула меня Юшен.
— Что⁈
— Она вам очень дорога?
— Да!
Лисица словно что-то обдумывала. А затем сунула руку под одежду и извлекла цветок. Белую хризантему.
— Что это? — не понял я.
— Она расцвела на южном склоне холма в апреле, — сказала Юшен. — Я берегла её для себя. Возьмите, если хотите.
Я смотрел на цветок, не понимая, что несёт хули-цзин.
И вдруг вспомнил! Мозг Фэншэн Шоу, съеденный вместе с хризантемой, даёт пятьсот лет жизни! Я взял у хули-цзин цветок. Он был лёгким и нежным. Выглядел так, словно его только что сорвали.