— Мёртв? — спросил, склонившись надо мной, Бурдуков.
Я поднял веки и уставился на него.
— Жив, — слегка разочарованно констатировал граф. — Помогите господину Белозёрову подняться. Вы ранены? — спросил он, когда спецназовцы придали мне вертикальное положение. — Кажется, нет…
— Всё в порядке, — ответил я, прочистив горло.
— Рад слышать, — лицемерно проговорил Бурдуков. Ну, да, так можно было бы вообще все лавры присвоить и ни с кем не делиться. — Что с Аничковым?
— Мёртв. Подорвался на собственной бомбе.
— Как это? — нахмурился граф. — Я не слышал взрыва. Где его тело?
— Это непросто объяснить. Но я попробую.
— Сделайте одолжение, господин Белозёров.
Дальше я минут пять максимально путано плёл про действие магической бомбы, коллапсы и так далее, напихивая в речь побольше терминов. Граф переминался от нетерпения. Наконец, не выдержал:
— Я правильно понял, что тела Аничкова нет? — спросил он мрачно.
— Есть, — ответил я. — Но не здесь. Его выбросило в… некий иной пласт реальности.
— Из-за бомбы?
— Да, — соврал я. — Чтобы найти тело Аничкова, придётся постараться.
— То есть, это возможно? — тут же оживился Бурдуков. — Вы сумеете это сделать? Потому что мы должны представить труп Его Величеству. Нельзя просто заявить, что глава революционеров исчез без следа.
— Разумеется. Сделаю, что смогу. Но не прямо сейчас.
— Да, конечно… О каких сроках идёт речь?
— Понятия не имею, — резко ответил я, давая понять, что не нужно на меня давить. — Сейчас я должен убедиться, что с моими людьми всё в порядке. Прошу прощения.
С этими словами я направился обратно в дом, где полным ходом шла зачистка от сообщников Вождя.
Взбежав по лестнице, я добрался до кабинета и первым делом вскрыл сейф. Бумаги революционеров меня уже мало интересовали: теперь ими придётся заниматься моему преемнику. А вот деньги, полученные за бриллианты, мне пригодятся. Вытащив толстые пачки, я закинул их в Астрал и поспешил в отведённые нам покои.
Двери были заперты. Перед ними стояли двое спецназовцев, которым я объяснил, куда направляться, как только они окажутся в здании. Фактически, они охраняли помещения с Матвеем и девушками от своих же коллег, которые могли решить, что их обитатели являются сообщниками революционеров.
— Ваше благородие, — кивнул один из бойцов, когда я подошёл. — Всё в порядке.
— Молодцы, — кивнув жандармам, я поднял руку и постучал. — Матвей, открывай! Это я!
Щёлкнул запор, и дверь сдвинулась так, что в щёлку стал виден глаз камердинера.
— Я узнал вас по голосу, — сообщил он, распахивая её. — Надо полагать, операция прошла успешно?