О, как загнул! Явно закидывает удочку на будущее, чтобы попытаться убедить меня, что моё место рядом с ним. Сходу, конечно, пропагандировать не станет, но почему бы заранее не намекнуть, что не такие мы и разные, хоть и враги.

— Да, судьбе было угодно поставить нас по разные стороны баррикад, — кивнул я, подыгрывая ему. — И даже сейчас я считаю, что вы, господин Аничков, зло, которое необходимо уничтожить!

Не стоит слишком уж облегчать ему задачу, а то, пожалуй, решит, что я пытаюсь втереться к нему в доверие. Пусть постарается меня переубедить, пусть хорошенько потрудится.

— Как угодно, господин Белозёров, — не стал наседать Вождь. — Ответьте только на один вопрос, если нетрудно.

— Какой? — нехотя поинтересовался я.

— Всем известно, что второй сын Его ныне покойной Светлости князя Белозёрова-Оболенского напрочь лишён родового Дара, — чуть подавшись вперёд и глядя мне в глаза, проговорил Аничков. — Поэтому меня прямо-таки распирает от любопытства узнать, каким образом вы вдруг стали боевым магом триады. Расскажете?

Я тоже слегка наклонился вперёд.

— И не подумаю, господин Аничков. Как я уже сказал, мы с вами не друзья. То, что по воле случая вы оказались связаны с Юном Ма, а я работаю на него, вовсе не означает, что пришло время делиться откровениями.

— Справедливо! — нехотя усмехнувшись, ответил Аничков. Откинувшись на спинку кресла, добавил: — Я просто надеюсь, что в случае облавы вам не придётся думать, куда спрятаться.

— На этот счёт не беспокойтесь. Ничего с вашим грузом не случится. Я вполне компетентен.

— Ну, раз Ма сделал вас своим телохранителем, значит, имел возможность убедиться в этом, — отозвался Вождь. — Это я так спросил, на всякий случай. Кстати, вы, кажется, приехали.

Машина остановилась, и Аничков кивнул Рапире. Тот сразу вышел, оставив дверь открытой.

— Вам придётся немного пройти, — сказал мне Аничков. — Надеюсь, вы не против. Следуйте указаниям Антона, он знает, что делать. Ещё увидимся.

Как только я вылез из машины, Вождь захлопнул дверь, и кортеж поехал прочь. Мы с Рапирой остались в переулке, упиравшемся в доки. Не говоря ни слова, телохранитель Аничкова перехватил трость ближе к середине и быстро направился к реке. Я последовал за ним, не пытаясь догнать. Он ни разу не оглянулся. Так мы и добрались до шлагбаума, где Рапиру явно знали, поскольку сторож лишь приветственно кивнул ему.

— Со мной, — бросил, ткнув назад тростью, телохранитель.

Охранник порта проводил меня внимательным взглядом, явно стараясь запомнить в лицо.

Мы прошли между рядами поставленных друг на друга разноцветных контейнеров, над которыми возвышались подъёмные краны, свернули направо, и я увидел большой корабль с белыми буквами на чёрном борту: «Граф Суворов». Судя по флагу, принадлежало оно частной торговой компании Ушаковых. У этого клана такое огромное количество сухогрузов, танкеров, барж, пассажирских лайнеров и даже подводных лодок, что допустить, будто Ушаковы сотрудничают с Вождём, было бы верхом глупости. А вот команда подрабатывать контрабандой вполне могла. Возможно, даже не подозревая, для кого и какие грузы возит.