— Мистер Крукс, — молодой человек мелкими глотками допил воду и выкинул пластиковый стаканчик в корзину для мусора. — Больше всего вас, очевидно, интересует мой возможный вклад в успех Simtek. И этот вопрос имеет, в самом деле, очень простой ответ. Надёжность машин…

— Мистер… Молодой человек, если вы хотите обойтись банальными, самоочевидными предложениями, то это не сработает, — Крукс не слишком вежливо прервал Коллинза, но того так просто было не сбить, и он поднял руки в примирительном жесте.

— Мистер Крукс, дослушайте, пожалуйста. Десять минут Вашего времени и станет понятно, что именно и зачем я предлагаю, — Джеймс слегка виновато улыбнулся, будто извиняясь за такую бесцеремонную настойчивость, достал из внутреннего кармана пальто свой блокнот. Пролистал несколько страниц, найдя нужную информацию, и парой глубокой вдохов постарался успокоить волнение.

А оно сказывалось. Вегетативные функции молодого организма отрабатывали чётко. Лёгкая испарина, тремор пальцев рук — парень волевым усилием с трудом заставил себя успокоиться. От спокойной и уверенной подачи сейчас зависело очень многое.

Спасибо Autocourse — в альманахе содержалась детальная информация о гонках минувшего сезона. Сколько машин стартовало и сколько попало в финальную классификацию. Приводились причины сходов и их обстоятельства — насколько возможно подробно.

Коллинз трое суток систематизировал эти данные, увидев в их правильной подаче свой шанс — и теперь излагал свои наблюдения и выводы «заказчику». Цифры он помнил назубок, память у Джеймса в его нынешнем состоянии была близка к идеальной, но, создавая впечатление основательного человека, он выписал основные показатели в блокнот и периодически поглядывал в него.

— Я изучил доступные мне статистические данные по прошлому сезону и вижу огромную зону для улучшения результатов при адекватных материальных вложениях в повышение надёжности, — молодой человек начал излагать свои статистические наблюдения. А были они крайне интересными, с его точки зрения.

В каждой из шестнадцати гонок сезона 1994 года на старт выходило двадцать шесть машин, совокупно 416 стартов. Финишей же было всего 197, по двенадцать машин, чуть меньше половины из стартовавших. Конечно, в среднем. В Хоккенхайме клетчатый флаг увидело лишь восемь машин и этот Гран-При представлял особенный интерес, но к нему Джеймс планировал вернуться позже.

Аварии и столкновения привели к трети всех сходов. Ещё пять процентов пришлись на дисквалификации по ходу гонки и прочие нештатные ситуации, например, возгорание топлива при дозаправке Benetton Йоса Ферстаппена в том же Хоккенхайме.