— Кричащая коптильня — часто закивала сильга — Ужасно…
— Они погребены у основания того пика. С одной стороны его подпирает малый хребет — и он непроходим. Не для лошадей. И не для ребенка. Надо быть истинным горцем, чтобы суметь взобраться на вершину хребта… и обладать девятью жизнями, чтобы хотя бы с одной оставшейся суметь спуститься оттуда живым… С той стороны им не пройти. И если мой внук не ошибся, и они двинулись в ту сторону… то они обойдут гору с северной стороны и двигаться им придется по узким тропам и карнизам. Троп несколько, но все они сойдутся в одном месте — у входа в запечатанную гробницу, где почивают все замученные в те страшные дни. Затем их ждут ноголомные склоны, где закончило свою жизнь немало лошадей и яков. Там находят свой конец даже горные козы, что способны пастись на отвесных скальных стенах… А еще там всегда лежит снег, что позволит снова подхватить след…
— Мы с вами — кивнул я, опуская руку на рукоять ножа — Как скоро вернутся посланные за собаками?
— Скоро — глухо обронил Часир — Скоро… и до их возвращения я должен успеть собрать останки родичей и попросить у них прощения. Покиньте этот луг… сейчас вам здесь не место.
— Хорошо — опять кивнул я и, ухватив сильгу за локоть, потащил ее прочь, не обращая внимания на ее возмущенное сопение.
Вырвав руку, он возмущенно сверкнула на меня зелеными глазами:
— Хватит обращаться со мной как с вздорным ребенком!
— А ты бы пошла со мной без споров и лишних вопросов? — спросил я.
— Нет!
— То-то и оно — тяжко вздохнул я и направился к седельным сумкам — Надо успеть плотно перекусить, напиться горячего чая и хоть немного поспать. Боюсь нас ждет долгая и опасная дорога…
Глянув на подступившие к самым ногам зыбкие облачные щупальца, Анутта зашагала за мной, не сводя взгляда с сумки, где хранилась ее книга для записей. Могу спорить на что угодно, что еще до того как закипит вода в чайнике, она успеет записать на ее страницы ту историю о овцах, собаках и гробницах…
Часть вторая. Глава 5.
Глава пятая.
Засветло добраться до бурого пика Долра мы не успели.
Мрачная и чуть скошенная сверху громада, о которую разбивалось поле припавших к склонам облаков, показалось вдалеке одновременно с упавшими на землю последними лучами сегодняшнего солнца. Усталое светило медленно погружалось в пуховую облачную перину и это было столь невероятное зрелище, что я почти не услышал недовольного приказа ведущего нас Часира, приказавшего внукам готовить ночлег.
Оранжевые, багровые и темные зеленые лучи тонущего в облаках солнца породили возможно удивительнейший в моей жизни закат. Замерев как один из лежащих вокруг валунов, я погрузился в созерцание и простоял так долго… так долго, что за моей спиной уже успех вспыхнуть костерок, а на вечернем ветру затрепетал плотный шерстяной полог, что не пропускал ни капли воды. Очнувшись, я чуть смущенно растер лицо ладонями, повернулся и… удивленно моргнул, увидев стоящую рядом сильгу, что не сводила глаза с уже потемневшего неба.