— Отсутствие запрета в уставе не причина для пренебрежения правилами приличий.
— Что же такого неприличного мы сделали? — с усмешкой спросил он, а я ущипнула его за бок, чтобы он не распалял ректорессу ещё сильнее.
— Вы сами сказали, что адептка Фостер провела двое суток с вами в вашей комнате. Вы что не понимаете какой удар это может нанести по её репутации?
— Если вы никому ничего не расскажете, то никакого удара и не будет, — заметил Оливер, сильнее на меня опираясь.
Я порадовалась, что стояла возле стены и могла в свою очередь опираться на неё.
Ректоресса на мгновение растерялась, переглянувшись с магистром Нэштером, стражник тем временем вообще смотрел в сторону, словно и не слушая всё, о чём здесь говорилось.
— Даже если так, адепт Эшфорд, я не могу оставить подобное аморальное поведение без какого-либо наказания.
Оливер рассмеялся, замотав головой.
— Над чем вы смеётесь? — возмутилась ректоресса.
— Наши с Лили родители подписали брачное соглашение, едва леди Фостер родилась. Так что я никак не могу понять, что же такого аморального в нашем с ней поведении?
Если все предыдущие доводы Оливера я слушала спокойно, надеясь, что он знает, что делает, то здесь не сдержалась и ошеломленно на него взглянула.
О каком ещё брачном соглашении он говорил?
Я никогда об этом не слышала, значит это была его очередная ложь?
Я осторожно посмотрела на ректорессу — я не была уверена, что она знала о том, что конкретно связывало меня и Зейна, но всё же о моём поступлении договаривался именно его помощник.
Хотя, конечно, вполне возможно, что ректорессе, в отличие от меня, не было известно о том, насколько сложными и напряжёнными были отношения между братьями.
В таком случае это всё в общем-то могло плавно складываться в одну картину.
Ректоресса Хлоббер замолчала, внимательно нас разглядывая и словно что-то решая, а Оливеру тем временем, кажется, становилось лишь хуже.
Его немного пошатнуло и магистр Нэштер мгновенно это заметил.
Он поспешил к нам и вгляделся в лицо Оливера.
— Новый приступ? — тихо спросил магистр и Оливер кивнул.
Новый?
То есть это уже происходило с ним не в первый раз?
— Как давно?
Оливер поджал губы, словно не хотел признаваться.
— С вечера пятницы, — всё же ответил он.
Я растерянно на него взглянула.
Значит ему плохо с того дня?
Получается, тогда пострадала не только я, но и он?
И почему молчал?
Хотя… я и так ему доставила кучу проблем.
Он, наверное, уже жалел, что решил помочь мне и был абсолютно прав.
Я просто какой-то магнит для неприятностей.
— Так Лили из-за этого была с тобой? Почему сразу не пошёл в лазарет? — строго спросил магистр.