— Это-то я поняла, — хмыкнула я, перебив его.
Правая бровь Оливера насмешливо взлетела.
— Хорошо. Надеюсь, что нужно держать язык за зубами ты тоже смогла понять?
— Меня не волнует чужая личная жизнь.
— Вот и прекрасно. Тогда на этом всё.
Он уже начал было разворачиваться, чтобы уйти, как я схватила его за руку.
Взгляд Оливера медленно опустился, и он пристально посмотрел на мою ладонь.
Я почувствовала, как его тело напряглось.
— Что ты делаешь? — ледяным голосом спросил он.
Я тут же словно опомнилась и отпустила его.
— Прости, просто… — я облизала высохшие губы, экстренно подбирая слова. — Просто мне нужно кое-что у тебя спросить.
— Что?
Он смотрел перед собой, словно избегая смотреть на меня.
Я бы соврала, если бы сказала, что меня это не ранило.
Оливер был светлым воспоминанием из моей прошлой жизни.
И сейчас его отстранённость и холодность словно рушили всё то, что я так давно хранила глубоко в душе.
— Почему ты здесь, Оливер? — тихо спросила я.
Он безразлично посмотрел на меня.
— Мы знакомы?
Я почувствовала, как краснею.
Неужели я настолько сильно изменилась, что он меня не узнал?
— Я — Лили. Лилибет Фостер.
— Я видел, — кивнул он на лист с расписанием в моих руках.
— И? Ты что меня не помнишь?
— А должен? — холодно усмехнулся он, вновь вскинув бровь.
— Да. Мы ведь дружили в детстве.
— Я не живу прошлым, Лили, советую тебе тоже перестать заниматься ерундой, — он сделал шаг вперёд и остановился. — Ах да, занятия начинаются через полчаса.
Он направился дальше, а я стояла и смотрела ему вслед.
Я столько лет лелеяла в душе память об Оливере.
И сейчас осколки, на которые разбились эти воспоминания, больно врезались в моё сердце.
Я чувствовала безумную горечь.
Я боялась, что потеряла его шесть лет назад, когда он ушёл в военную закрытую академию.
Но, к сожалению, похоже, за эти годы она изменила его слишком сильно.
А того парня, в которого я была влюблена, больше не существовало.
В любом случае он был прав.
Это всё в прошлом.
Детская влюблённость уже давно прошла, и если Оливер не помнил меня или не хотел помнить, то мне следовало поступить так же.
А ещё поторопиться на занятия.
Я приняла ванну, оделась и собрала учебники.
Взглянув в зеркало, я снова не узнала себя.
Я настолько отвыкла от этого, что чувствовала словно была в чужой одежде.
Хотя по сути она и не была моей.
Но всё же…
От этого чувства точно следовало бы избавиться.
Зейн определённо не экономил на моём гардеробе, так что нужно было наоборот в такой одежде чувствовать себя увереннее, а не мучить себя.
Резко выдохнув, я вышла в коридор.
Жутко хотелось есть, но мои сборы немного затянулись, поэтому на завтрак я не успевала.