Но самое удивительное пришло следом. Как направить внутреннюю энергию на скрытие того, что не удаётся замаскировать физически. Способы приглушить и слегка исказить энергетический фон и аурные отпечатки — это было уже из области магии, которой Семён вообще не должен был понимать. Но он понял.

Тысячи мелких трюков, каждый из которых по отдельности ничего не значил, но вместе — создавали совершенно нового человека. Семён вдруг понял, что теперь может выйти из своей каморки утром одним, днём стать другим, а вечером вернуться третьим, и никто никогда не свяжет эти три личности в одну. Портрет, который он так боялся составить на себя у охраны и стражников, теперь можно было менять как маску.

А ещё — глубочайшая синергия со скрытностью. Эти два навыка не просто дополняли друг друга — они переплетались, усиливались, создавали что-то третье. Скрытность делала его невидимым в толпе, маскировка делала его неузнаваемым для тех, кто всё же заметил. Одно без другого было бы половинчатым, но вместе они превращали обычного вора в человека-тень, человека-хамелеона.

Синергия же, но поменьше — с кражей. Понимание особенностей восприятия ночным зрением различных типов маскировки. Поняв это, он осознал, что в полной темноте человеческий глаз улавливает не столько форму, сколько движение и контраст. И что правильная маскировка — это не чёрное на чёрном, а скорее серое на сером, с размытыми краями, без резких переходов. И что те, у кого магическое ночное зрение, видят и тепловые отпечатки, а значит, обычная ткань не спасёт — нужна особая, из материалов, которые он даже выговорить не мог, но теперь точно знал, что искать.

Влияние — положительное и отрицательное оберега исцеления на этот талант. Оберег, оказывается, имел и побочные эффекты. Он усиливал его жизненную силу, делал энергетику более яркой, более заметной для тех, кто умеет видеть. Плюс: быстрее заживаешь, дольше не спишь, лучше соображаешь. Минус: твоя аура светится как новогодняя ёлка, если не научиться её приглушать. А теперь он умел. Теперь оберег из помехи превращался в дополнительный инструмент — Семён понял, что может усиливать его эффект, направляя энергию на маскировку, или, наоборот, создавать ложные всплески, отвлекая внимание от настоящего себя.

Он сидел на топчане, переваривая всё это, и чувствовал, как голова идёт кругом. Слишком много. Слишком быстро. Но где-то в глубине, под слоем страха и растерянности, зарождалось странное, почти запретное чувство — азарт. Интерес. Желание попробовать, как это работает на практике. И понимание, что возможности обязательно предоставятся.