«Поздравляю! Ты украл коллекцию интимных игрушек какой-то богатой извращенки!»
Глава 15
— Я не… — Семён не знал, плакать ему или смеяться. — Я думал, там деньги. Или украшения. Навык четко показал высокую ценность!
«Ну так и не ошибся. Эти… изделия… действительно, стоят целое состояние. Слоновая кость, эбеновое дерево, драгоценные камни… Каждый предмет — ручная работа, скорее всего на заказ».
— Да уж, — Семён представил, как предлагает это добро скупщику краденого. — Здрасьте, у меня тут импортные… кхм… товары для взрослых, не желаете приобрести?
Семён снова посмотрел на «жезл городового». Чёрное дерево, серебряное навершие, размер… внушительный. И тут в голове щёлкнуло.
— Подожди, — медленно произнёс он. — Ты хотел развлечения. Чего-то интересного и абсурдного.
Городовой был пьян. Не просто навеселе, а практически дрова, в хлам, в дупель — любое слово подойдет, какое только можно вспомнить. Как только ещё стоял на ногах, оставалось загадкой, видимо помогал богатый жизненный опыт. Служитель закона прислонился к фонарному столбу на углу какого-то переулка и, судя по всему, пытался вспомнить, где находится, кто он такой и что вообще происходит.
Семён наблюдал за ним из тени уже минут десять. Это было рискованно — задерживаться на одном месте, привлекать внимание. Но план требовал терпения. И подходящего момента. Сам объект наблюдения — молодой парень лет двадцати пяти, с усами, которые явно отращивались для солидности, но пока выглядели как два дохлых таракана над верхней губой — был в полной форме. Шинель, фуражка, сапоги. И жезл — настоящий, не бутафорский, — торчал из-за пояса.
— Где ж ты так набрался, служивый, — пробормотал Семён.
Ответ нашёлся быстро — неподалёку располагался трактир, из которого доносились пьяные песни и звон посуды. Видимо, блюститель порядка решил совместить приятное с полезным… и слегка переборщил с приятным. Бывает, можно было бы понять и простить…но не тогда, когда выпадает такой шанс.
По улице, в направлении городового, двигалась группа людей. Трое мужчин в форме — такой же, как у пьяного, только богаче, чище и с дополнительными нашивками. Офицеры… или как там… тут в полиции с чинами. И с ними — штатский в дорогом пальто, с тростью, с выражением лица «я здесь главный, а вы все говно».
Сема прикинул рамки операции, отсчитывая секунды с точностью метронома. Время до того, как проверяющие поравняются с пьяным городовым: примерно двадцать пять секунд. Время, которое потребуется, чтобы подойти к городовому, совершить подмену и уйти в тень: минимум пятнадцать. Окно — десять секунд. Нормально. Он выскользнул из тени, двигаясь навстречу проверяющим, но в тени домов, невидимый для их глаз. Навыки скрытности и маскировки пели в унисон, превращая его в призрака, в ничто, в пустое место. Семён чувствовал, как они переплетаются, усиливают друг друга — скрытность делала его незаметным для глаз, маскировка стирала его из памяти тех, кто мог бы случайно заметить краем глаза. Те, кто смотрит прямо, не увидят. Те, кто смотрит в сторону, забудут, что видели. Я — тень. Я — ветер. Меня нет.