Засада имелась, но совсем не там, где её ожидали.
— Воздух! — заорала Александра, зажимающая пальцами раны Ангелины.
От кровопотери моя хранительница не умрёт. Она и не после такого возвращалась в строй, но всё равно больно смотреть на её мучения. Я поднял глаза. Над кромкой леса возник тёмный силуэт с огромными кожистыми крыльями и длинным хвостом. Дракон. Я впервые видел у врага летающую тварь, раньше они атаковали только пешими.
Оксана застрочила по этой новой цели. Трасса огненных точек ушла к дракону, но вокруг него бледно-сиреневым маревом возникло собственное защитное поле. Это позволило твари сложить крылья и резко нырнуть между колка́ми.
Я ждал, что он выскочит, но дракон, видимо, развернулся и появился совсем не там, где следовало.
Чего от него ждать? Сброшенных на голову бомб и камней? Огненного дыхания? Когтистых лап?
Монстр сделал боевую горку, совсем как МИ-24, и вошёл в плавный вираж. А потом над полем раздался новый звук. Он был похож на работающую на максимальных оборотах бензопилу, только куда громче. От дракона по обозу полоснул сплошной поток трассеров. Сколько это выстрелов в минуту? Пять, шесть тысяч? Я такое только в кино видел, как незабвенный Шварц поливал вокруг себя из шестиствольного пулемёта.
Несколько машин встало. Заполыхал бензовоз.
А потом…
А потом всё поле накрыл щит. Такой же, как вокруг города, только немного меньше. Кажется, это наш персональный бог вмешался, решившись встретить гостей. Лучше поздно, чем никогда, подумал я, разглядывая отступающих тварей и улетающего дракона, на спине которого была едва заметна фигурка седока.
Думать обо всём этом не хотелось. После напряжения этого скоротечного боя тело само собой размякло, утягивая рассудок в ленную пустоту. Барьер, привычный всякому обитателю осаждённого мегаполиса, давал чувство покоя и защищённости.
Глава 18. Яробор и цепной пёс
Яробор неспешно шёл вдоль дороги, он ведь гостей ожидал, нужно себя хозяином показать, а не холопом на побегушках.
Одет он был в праздничную рубаху, подбитый шёлком красный кафтан, добротные штаны, новенькие, блестящие от воска сапоги и медвежью шкуру, скреплённую золотой цепочкой и золотой же пряжкой с багряным яхонтом. Шёл на праздник, да только оного не сбылось. Нога сей миг ступала средь битых насмерть чёрных тварей, стонущих стрельцов и поверженных самоходных телег, обитых толстым железом.
Яробор хмуро глядел по сторонам. Стрельцы, не поднимая голов, помогали раненым, перевязывая их и поя лекарствами. Лишь некоторые бросали торопливые взгляды только для того, чтоб снова вернуться к своим заботам. Иные чинили возы, стуча по ним молотом и крутя изогнутые вещицы, схожие с маленькими ухватами для горшков, токмо для вещиц о шести гранях сделанных. Они именовали их ключами и гайками. Хотя на ключи те были ни капельки не похожи.