Через две недели, получив часть выкупа, который Тимур ибн Тарагай разделил между своими воинами, наша армия развернулась и неспешно пошла через Грузию на юго-восток. Все союзники были отпущены по домам. Города мы не грабили, только получали от них дань продуктами на три-пять дней в зависимости от величины населенного пункта. Обычно в крупных останавливались на два-три дня, чтобы великий эмир отдохнул. В последнее время он часто болеет, но не так серьезно, как во время осады Дамаска. Зато в деревнях наши отряды наводили шороху. Что не спрятали от нас, то пропало, кто не спрятался, тот раб. За нами шли несколько работорговцев, которые скупали пленников. Особо ценились мальчики. Их продадут султанам Египта и Румелии, как сейчас называется европейская часть владений покойного Баязида, где сделают мамлюками или янычарами.
В городе Джанза, будущей Гяндже, великий эмир получил послание, что его непутевый сын Миаха опять начал безобразничать в Султании, из-за чего там назревало восстание. Тут же с тремя тысячами отборных воинов и своими внуками Тимур ибн Тарагай ускакал туда. Вести в Самарканд армию, отягощенную большим обозом, доверил эмиру Фирузу ибн Джамилю, под командованием которого я начал этот поход и закончу.
Вечером второго дня после убытия великого эмира с нами решил расстаться Ибрагим ибн Мухаммад, правитель Ширвана. Я с ним не общался, не тот у меня статус, но говорят, что очень умный и гибкий человек. Уже то, что он сумел пройти между Тохтамышем и Тимуром ибн Тарагаем, сохранить свои владения нетронутыми, говорит о многом. Он считался вассалом великого эмира, но при этом не платил дань, участвовал в походах, но его отряд стоял в последних линиях и принимал участие только в грабежах, благодаря чему потери были минимальными, а трофеи наоборот. Я решил присоединиться к нему, чтобы добраться до города Баку, будущей столицы Азербайджана.
Шатер у эмира Фируза ибн Джамиля если не роскошнее, чем у Тимура ибн Тарагая, то ярче точно. Он сшит из разноцветных кусков шелка, из-за чего напоминает цирковой. Сейчас из него выбегут клоуны и акробаты и повеселят народ. Охраны всего одно кольцо, человек пятнадцать, дальние родственники эмира. Они знают меня, поэтому сразу доложили о прибытии и, получив разрешение, впустили меня в шатер.
Хозяин сидел на раскладном стуле, поставив ноги в медный таз, наполненный жидкостью цвета крепкого чая. Может, он и богат, чтобы позволить себе полоскаться в заварке, но, судя по красноватому оттенку, это, скорее, настойка зверобоя, а, судя по запаху, с добавкой шалфея и еще каких-то трав. У Фируза ибн Джамиля проблемы с ногами, постоянно жалуется всем и возит с собой лекаря, тоже больше похожего на торговца. Видимо, на самаркандском базаре они и нашли друг друга.