В начале зимы, которая здесь теплая, карикатура русского лета, я разрешил хозяину литейной мастерской лично доложить Тимуру ибн Тарагаю, что работы по изготовлению модф нового типа закончены, что я готов продемонстрировать их в деле. За городом на пустыре перед холмом, местами поросшим кустами, построили деревянные мишени. Одну метрах в двухстах от предполагаемой позиции батареи, вторую в два раза дальше, перед самым склоном.
Утром я выехал вместе с великим эмиром из Самарканда. Он был в надетой поверх кольчуги, соболиной шубе, крытой лазоревой шелковой тканью, хотя день обещал быть теплым. Наверное, предполагал, что придется долго ждать, когда мы выстрелим. За нами следовала охрана из сотни бывалых воинов. За ней катили четыре пушки на колесах. Каждую и состоявшие при ней два зарядных ящика тащила пара лошадей. Так быстрее будем передвигаться и иметь подстраховку на случай потери одной лошади. Расходы все равно не на мне. На передках сидели артиллерийские расчеты, одетые в кожаные шлемы на железной раме и стеганые ватные запашные халаты и штаны, заправленные в сапоги. Обладание такой обувью сейчас считается признаком богатства, власти. Из оружия у них только копья длиной метра два с половиной и кинжалы.
Рядом и немного сбоку от импровизированного артиллерийского полигона был небольшой холм. На вершину его я проводил Тимура ибн Тарагая со свитой.
— Отсюда будет хорошо видно. Обрати внимание на скорость стрельбы и меткость, — предложил я и посоветовал: — Лошадей отведите подальше и спутайте, а то разбегутся от испуга.
— Предлагаешь и мне слезть с коня⁈ — иронично поинтересовался великий эмир.
— Так будет безопаснее, — ответил я.
Охранники тут же поставили раскладной стул, на который великий эмир сел, расстегнув соболиную шубу и вытянув вперед правую ногу.
Я поскакал к артиллерийской батарее, которая уже прибыла на позиции, начала распрягать лошадей. Места были «пристреляны» заранее. На них установили пушки, быстро зарядили. Мне осталось только проверить, правильно ли навели на цель — середину деревянной мишени? После чего я помахал шапкой из овчины Тимуру ибн Тарагаю.
Убедившись, что смотрит в нашу сторону, скомандовал расчетам:
— Залпом пли!
Батарея выстрелила малость вразнобой. Пушки, подпрыгнув, изрыгнули ядра и пламя. Грохот покатился во все стороны, вспугнув зверье и птиц на холме и людей на дороге, проходившей слева метрах в семистах от нас. Все ядра попали в цель. То, что некоторые не точно в центр мишени, сыграло нам на руку. Она разлетелась вся, эффектно раскидав доски и бревна. Великий эмир даже встал от удивления.