Проблема решилась совершенно неожиданно. Поскольку я теперь тысяцкий, то есть не меньше, чем настоящий полковник, а то и вовсе генерал, и человек небедный, ко мне стали проявлять интерес отцы, у которых много скоропортящегося товара — дочерей. Одним из таких был Мурат ибн Карим — тот самый чиновник, с которым мы купили рабов для артиллерийских расчетов. Жил он на соседней улице, и мы частенько встречались по утрам, когда я отправлялся в литейную мастерскую или казарму к своим подчиненным, а он на службу во дворец великого эмира. Раз перекинулись парой слов, два, три… Как-то он спросил меня, почему не женат? Я сказал, что овдовел недавно, а у христиан принято год держать траур. Еще дней через десять мы встретились в очередной раз, и он пригласил меня к себе домой отужинать.

— Угощу привычной для тебя едой. У меня вторая жена русская, хорошо готовит, — предложил он.

Я тут же согласился, потому что то, что готовит наша служанка, есть, конечно, можно, но надоело чертовски.

Дом Мурата ибн Карима был больше моего. Принял меня на мужской половине в первой комнате, застеленной толстыми красивыми коврами.

— Они были сотканы девственницами! — похвастался хозяин.

На изготовление большого ковра уходит несколько лет. То есть девственница успевает обучиться ремеслу и соткать всего один, редко два, а если засиделась в девках, то три. Считается, что непорочность гарантирует особое, мистическое качество. Ведь рисунки на коврах — это зашифрованное послание, пожелание, амулет, понятные посвященным. «Медальон» в центре — это чаще всего Древо жизни; маленькие крестики, треугольники, «крюки», «репейники» — защита от сглаза; соседство черного и белого цветов — вариант единства добра и зла, инь-янь; «звездочки» — пожелание счастья; «сережки» в ряд — девичья лента для волос — быстрее выйти замуж; зигзаг — текущая вода — изобилие в замужестве; «бараний рог» — родить сына… В общем, бабы болтают даже с помощью ковров.

Посреди комнаты стоял низенький овальный столик, накрытый расшитой разноцветной скатертью — дастархан. На нем уже стояла посуда, серебряная и надраенная бронзовая. По обе стороны длинных сторон сложены по три подушки, зеленая, желтая и красная: одна под задницу, остальные под спину или облокачиваться. Для меня еще и табуреточку приготовили.

Я отодвинул ее со словами:

— Посижу на пятках.

— Ты умеешь⁈ — удивился Мурат ибн Карим, не знаю, искренне или желая польстить.

— Я много чего умею, — не удержался я от хвастовства, хотя данный навык не самый интеллектуальный.

— О тебе рассказывают, как об очень образованном человеке, — сообщил он.