— Ха-ха. Красавец! Знакомься, это Алёна Денисова, тоже с нами, на награждение едет. Не бойся девочка, мы тебя в обиду не дадим, смотри какой орёл с нами.

— Здравствуйте Алёна — я слегка пожал хрупкую руку, протянутую мне для приветствия.

— Здравствуйте Кирилл. Я не боюсь, только растерялась слегка, он так быстро и убедительно говорил.

— Работа у него такая, говорить много. Не давайте им на себе ездить Алёна, вы всё-таки Герой, а не мышь кабинетная.

— Рассказывай о себе. Про меня и Алёнку ты наверняка знаешь, все газеты пару месяцев только и пишут. За что награждают, ты у нас с какого предприятия?

— Я Филлипыч, охотник-промысловик. Награждают за задержание особо-опасных преступников и за помощь сотрудникам милиции в раскрытие преступления.

— Эва как. Теперь вспомнил, зимой беглых зеков поймал?

— Было дело.

— Они ещё несколько человек убили?

— Не будем о грустном Филлипыч. Убили, изнасиловали, оружие украли, с зоны сбежали, там целый вагон преступлений.

— А вам не страшно было? — Алена смотрела на меня прижав руки ко рту и испуганно хлопая глазками. Тяжело в жизни девочке будет, такая наивная и впечатлительная.

— Ха. Да ты на него глянь. Глазища как у убивца какого. Здоровый и страшный, как медведь, я если бы его в лесу увидел, тут же от страха обделался бы — засмеялся Филлипыч.

— И ничего он не страшный, только если слегка. Ой! Простите! — Алёна покраснела и отвернулась.

Я грустно усмехнулся. Ну да не Ален Делон. Морда в шрамах, лапы как совковые лопаты и действительно здоровый. Если встать рядом, голова Алёны мне только до середины груди достаёт. За последнее время, занимаясь практически без отдыха, физическим трудом, я изрядно прибавил в весе, но ни грамма лишнего жира. Вот и девчушку испугал.

— Не смущайтесь Алёна, что есть, то есть. Это природа так надо мною поиздевалась. Зато с головой всё в порядке. И вообще, мужчина должен быть чуть красивее обезьяны. А я, не буду себе льстить, уж точно красивее любого дикого примата.

— Ха-ха. Хорошо сказал, надо запомнить! — Виктор Филиппович видимо был еще тот хохотун и шутник.

За непринуждённой беседой быстро пробежал час, и нас, через громкоговоритель, вызвали на посадку. Депутатская морда, больше к нам не подходила, и попыток начать разговор не затевала. Мы сели в самолёт и турбореактивный Ту — 134 повёз нас в столицу нашей Родины.

В столичном аэропорту, депутаты к нам даже не подошли, быстро сойдя с трапа самолёта, они растворились в толпе и больше мы их не видели.

Забрав у Алёны чемодан и сказав Филлипычу двигать за мной, я вышел на площадь перед аэропортом и уверенно направился к стоянке такси. Это мой родной город, и хоть сейчас были спокойные и неторопливые советские времена, я чествовал себя уверенно и знакомо. Ритм жизни в современной мне Москве зашкаливал, но я вырос в этом городе, и считал его привычным, и сейчас я снова настраивался на него.